Возможная замена российского газа азербайджанским - это не диверсификация – это просто переход от одной зависимости к другой, что чревато значительно более опасными последствиями.Об этом в беседе с корреспондентом Новости Армении - NEWS.am заявил эксперт в области энергетики Ваге Давтян. 

По его словам, власти Армении представляют «TRIPP» (Маршрут Трампа) как инструмент энергетической диверсификации, однако этот тезис не выдерживает анализа. Во-первых, никакого конкретного проекта газопровода в рамках коридора до сих пор не существует – речь идёт лишь о декларациях. Во-вторых, и это принципиально важно, сам Азербайджан сегодня испытывает серьёзные ограничения собственной ресурсной базы. Баку взял на себя масштабные контрактные обязательства по поставкам газа в Турцию, Грузию, Сирию и другие страны — и уже вынужден импортировать до 2 миллиардов кубометров из России. Армения же потребляет 2,3–2,4 миллиарда кубометров в год. «Рассматривать Азербайджан как реальную альтернативу в нынешних условиях — оснований нет», – подчеркнул эксперт.

Давтян особо остановился на политическом измерении проблемы. Энергетическая зависимость от Азербайджана в условиях неурегулированных армяно-азербайджанских противоречий означает прямую угрозу национальной безопасности. Баку неизбежно будет использовать энергетический рычаг как инструмент политического давления — точно так же, как это делала Россия. «Когда ты в энергетическом и ресурсном отношении зависишь от Азербайджана, учитывая глубинные проблемы, которые продолжают оставаться актуальными в армяно-азербайджанских отношениях, это означает существенное ограничение не только твоих энергетических и экономическихресурсов, но и ресурсов обеспечения национальной безопасности», – отметил он.

Реальную альтернативу, по мнению эксперта, представляет иранское направление. Газопровод Иран–Армения обладает пропускной способностью до 2,3 миллиарда кубометров в год – фактически достаточной для покрытия всего армянского потребления։ для этого потребуется лишь техническое расширение инфраструктуры. Однако, как напоминает эксперт, газопровод Иран–Армения, как и вся газотранспортная система страны, де-юре и де-факто находится в собственности российского капитала — включая 40-километровый участок Мегри–Каджаран, переданный российской стороне ещё в 2015 году. Таким образом, даже при гипотетическом налаживании иранских поставок российский фактор из уравнения не исчезает. «Обойти его, учитывая структуру собственности, невозможно», – резюмировал Давтян.