«Одним из самых громких лозунгов так называемой «бархатной революции» был тезис о том, что в «новой Армении» больше не будет неприкасаемых». Об этом пишет газета «Паст».

«Закон станет одинаковым для всех, государственные институты перестанут обслуживать интересы власти, а выборы превратятся в честную конкуренцию политических программ. Прошло восемь лет, и сегодня многие наблюдатели политического поля констатируют, что эти обещания так и остались в воздухе, более того — на практике они так и не коснулись именно его самого — Никола Пашиняна.

Интересно открыть Избирательный кодекс и ознакомиться со статьёй 23 — «Запрет на использование административного ресурса и ограничения предвыборной агитации». Статья запрещает кандидатам, находящимся на государственной службе, использовать должностное положение для получения преимущества на выборах. Запрещается использование в целях предвыборной агитации финансовых и информационных средств, помещений, транспортных и средств связи, материальных и человеческих ресурсов, предоставленных для исполнения служебных обязанностей. Казалось бы, норма более чем ясна. Между тем, как отмечает в своей публикации сайт armtribunal.com, в ходе парламентских выборов 2026 года возникла ситуация, при которой создавалось впечатление, будто существуют две реальности. В одной живут обычные участники избирательного процесса, для которых закон обязателен.

В другой существует Никол Пашинян, который одновременно является премьер-министром, лидером правящей партии, главным действующим лицом государственной информационной повестки и основным бенефициаром возможностей, предоставляемых административным ресурсом. По сути, в условиях сложившейся системы государственный аппарат, официальные информационные площадки, телевидение, финансируемое за счёт средств налогоплательщиков, служебные возможности и политический статус главы правительства в определённой степени были поставлены на службу предвыборной кампании правящего «Гражданского договора». На протяжении всей предвыборной кампании правительство, аппарат премьер-министра и государственные информационные ресурсы работали в предвыборном гиперактивном режиме.

Административный ресурс — это не только чиновники, служебные автомобили и государственный аппарат. Это ещё и та информационная машина, за содержание которой платят все налогоплательщики, и которая, по оценке многих, работает преимущественно в интересах одной политической силы.

Особого внимания заслуживает деятельность ЗАО «Общественная телекомпания Армении», которая, несмотря на своё название, в период предвыборной кампании всё меньше напоминала общественную и всё больше — ведомственную телекомпанию правящей партии. Так, в вечернем выпуске новостей от 3 мая 2026 года была распространена информация о том, что единым кандидатом оппозиции на пост премьер-министра якобы является Роберт Кочарян. Партия «Сильная Армения» охарактеризовала это как непроверенную информацию и подала судебный иск против телекомпании. Однако, как и ожидалось, судебная система в очередной раз продемонстрировала завидную готовность следовать позиции власти.

Можно предположить, что речь идёт о случайной ошибке. Как случайность можно рассматривать и многие другие совпадения, происходившие в эфире государственного телеканала на протяжении всей кампании. Однако эти неточности и политические комментарии почти всегда создавали неблагоприятный фон для оппозиции.

Проблема не ограничивается только новостными выпусками. Достаточно ознакомиться с политическими ток-шоу Общественного телевидения, чтобы увидеть, что государственный телеканал постепенно утрачивает роль площадки для широких общественных дискуссий, в некоторых случаях напоминая работу политического штаба. В этом смысле показательны программы с участием Петроса Казаряна, где даже непредвзятому телезрителю нетрудно заметить, где заканчивается независимая журналистика и начинается обслуживание политической позиции власти. И всё это в предвыборный период создавало политические преимущества для одной партии.

Не менее тревожным был и фон действий правоохранительной системы. Статья 23 Избирательного кодекса запрещает получение преимущества путём злоупотребления должностным положением. Между тем серьёзный административный ресурс возникает в ситуации, когда одна политическая сила ведёт кампанию, используя широкие возможности государственного аппарата, а её оппоненты вынуждены заниматься юридическими процедурами и защищаться от внимания силовых структур.

Во время кампании общество становилось свидетелем определённой последовательности: после жёстких публичных заявлений премьер-министра оппозиционные деятели чаще оказывались в центре внимания правоохранителей. Формально речь шла о деятельности государственных структур, однако в общественном восприятии создавалось впечатление, что государственный аппарат вовлекается в политическую борьбу. Одним из таких примеров стали события вокруг Андраника Теваняна — после публичных заявлений премьер-министра.

Гражданская инициатива «АйаКве» призвала ЦИК рассмотреть участие Никола Пашиняна в парламентских выборах 2026 года в качестве кандидата от партии «Гражданский договор» на предмет возможного злоупотребления должностными полномочиями.

Как сообщала инициатива, после заявлений, сделанных 20 мая на предвыборном митинге, правоохранительная система дала ход уголовному преследованию в отношении председателя партии «Мать Армения», второго номера пропорционального списка партии «Процветающая Армения» Андраника Теваняна. Однако Центральная избирательная комиссия не отреагировала должным образом на этот призыв «Айакве».

Здесь уже проявляется важная конституционно-правовая проблема. В статье 2 Конституции РА указано, что власть принадлежит народу, и народ осуществляет свою власть посредством свободных выборов. Более того, в Конституции чётко закреплено: присвоение власти какой-либо организацией или отдельным лицом является преступлением.

Следовательно, если власть удерживается или приобретается путём нарушения принципа свободных выборов, с использованием административного ресурса и злоупотребления должностным положением, то речь идёт уже не только об Избирательном кодексе.

В таком случае закономерно возникает вопрос, насколько подобные процессы соответствуют духу Конституции. Уголовное законодательство Армении рассматривает нарушение основ конституционного строя как одно из тяжких преступлений против государства, за которое предусмотрено лишение свободы на срок от десяти до пятнадцати лет.

На фоне всего этого общественность не услышала чёткой реакции генерального прокурора Анны Вардапетян с оценкой ситуации. Не последовало официальных заявлений, поручений или требований дать правовую оценку представленным фактам. Прокуратура, которая столь чувствительна к заявлениям оппозиционных деятелей, не проявила аналогичной последовательности в отношении возможных нарушений со стороны представителей власти.

Демократия начинается не с победных выступлений и не с цифр, опубликованных Центральной избирательной комиссией. Она начинается с признания одной простой истины: закон либо обязателен для каждого, либо существует группа привилегированных, которым дозволено то, что запрещено остальным.

Судя по развитию кампании 2026 года, спор вокруг этих выборов касается не только процентов или мандатов. Это спор о том, сохраняется ли в Армении конституционный принцип народовластия, или же действует сила политической целесообразности. И если равенство перед законом нарушается, то логика формирования власти посредством выборов начинает ослабевать, порождая новые, более сложные вызовы политической борьбы», - говорится в статье газеты «Паст».