Самая примечательная часть этой истории, ставшей причиной ареста человека на несколько месяцев, отнюдь не судьба 14,5 млн долларов. Самое интересное то, что, согласно фактам, представленным стороной защиты, Гагик Царукян, вложивший собственные средства, предоставивший партнеру долю и в итоге потребовавший вернуть свои деньги, оказался в статусе обвиняемого, тогда как лица, взявшие на себя обязательство вернуть ему деньги, представлены как потерпевшие. Об этом написала в своей статье член группы «Альтернативные проекты», бывший депутат НС Элинар Варданян.

Она, в частности, отметила:

«То есть новая армянская модель бизнеса, похоже, такова: ты делаешь инвестиции, даешь партнеру долю, предоставляешь деньги, а потом, когда требуешь их вернуть, в качестве бонуса получаешь статус обвиняемого. Очень удобная система: инвестор теряет и деньги, и покой, а должник получает статус потерпевшего.

Из опубликованного сегодня адвокатами видеоматериала очевидно, что Царукян вложил в бизнес 14,5 млн долларов: 7 млн - за счет кредита, взятого в банке, еще 7,5 млн - из собственных средств. Партнер Арман Оламаи не вложил даже одного драма, но получил 50%-ую долю в компании. То есть Царукян не только вложил деньги, но и выделил партнеру долю в бизнесе, финансирование которого полностью обеспечил сам, тогда как партнеры впоследствии не выполнили взятые на себя обязательства. И когда возникают вопросы вокруг судьбы денег, история вдруг разворачивается на 180 градусов. В итоге, оказывается, что, возможно, именно инвестор и совершил мошенничество.

Но здесь возникает один немного неудобный вопрос, которого трудно избежать. Если целью Гагика Царукяна с самого начала было похитить деньги, то почему он вкладывал собственные средства, почему предоставлял другой стороне 50%-ую долю в компаниях и почему требовал вернуть вложенные им деньги?

Это обстоятельства, которые при правовой оценке требуют четкого, аргументированного и всестороннего рассмотрения. Если имеются документы, по которым другая сторона признала обязательство по возврату денег, то их нельзя игнорировать только потому, что по уголовному делу уже сформировалась определенная, заданная версия обвинения. Еще более примечателен тот фрагмент опубликованного разговора, где, по представлению защиты, Хаджиали Оламаи признает, что инвестиции Царукяна были осуществлены на должном уровне, и заверяет, что его деньги не пропадут. Здесь возникает совершенно закономерный вопрос: как эти заявления соотносятся с обвинением в том, что Царукян изначально имел целью путем мошенничества похитить деньги другой стороны. Это уже не обычная бизнес-история, а жанр правовой фантастики. Именно здесь вопрос выходит за рамки спора одного бизнесмена и его партнеров и превращается в вопрос общественного доверия к правосудию.

Единственное, что еще предстоит выяснить, как должен вести себя инвестор в Армении, чтобы завтра, помимо потери собственных денег, не лишиться еще и свободы?

Если это новые правила бизнеса, то, пожалуй, стоит официально их опубликовать. Чтобы следующий инвестор заранее знал: вкладывать деньги может быть опасно не только с финансовой, но и с уголовно-правовой точки зрения. А прежде чем предоставлять партнеру долю, неплохо бы уточнить, не станет ли завтра данная доля частью обвинения, выдвигаемого против собственника. Возможно, в следующий раз, прежде чем предоставлять партнеру долю, нужно будет составлять не бизнес-план, а заранее выяснять, не окажется ли в конце этой сделки инвестор случайно в статусе обвиняемого.

Потому что если инвестор становится обвиняемым, должник - потерпевшим, а долг - историей о преступлении, то, возможно, проблема не только в одном деле, но и в той цели, с которой это дело преподносится.

После всего этого на ближайшем судебном заседании судье остается только одно - незамедлительно решить вопрос о свободе Царукяна. Дать ему возможность надлежащим образом осуществлять защиту своих интересов. Именно этого требует логика данного непонятного дела и доклада ПАСЕ».