Новости Армении – NEWS.am приводит статью профессора международной безопасности в Университете Бирмингема Стефана Вольфа, опубликованную в «The Conversation», со значительными сокращениями:

Министры иностранных дел стран – членов НАТО договорились приостановить все сотрудничество с Россией и усилить свою оборону в странах Балтии и Польше. Этот шаг отражает сохраняющееся восприятие российской угрозы для Украины, что было ясно отмечено в заявлении канцлера Германии Ангелы Меркель. Это особенно примечательно, учитывая, что Германия обычно рассматривается как ближайший союзник России на Западе.

Беспокойство Запада и его реакция отражают сохраняющиеся опасения по поводу долгосрочных намерений России. За некоторыми исключениями, большинство аналитиков ожидают захвата и других земель, основываясь на предположении, что Владимир Путин и его ближайшее окружение намерены восстановить настолько большую географическую зону влияния, которая была у Советского Союза, насколько это возможно. Многие пункты этой дискуссии и комментариев сосредоточены на Молдове и ее отколовшемся регионе Приднестровье – утверждается, что они находятся в первых строках московского списка наиболее вероятных мишеней.

Это имеет смысл во многих отношениях. Российское военное присутствие в Приднестровье обеспечивается остатками 14-й армии, предположительно охраняющей советскую военную технику и боеприпасы, оставшиеся после распада советской империи в 1991 году. Российские войска также являются компонентом миротворческих сил СНГ, созданных в конце недолгого насильственного конфликта между Молдовой и Приднестровьем более чем два десятилетия назад. Военные учения этих сил явно усиливают существующую напряженность.

Молдова и Приднестровье, очевидно, находятся в верхней части списка Кремля. Так, что же может сделать Москва? Один из сценариев – военный бросок через восток и юг Украины, захват порта Одессы и перемещение в Молдову и Приднестровье с юга. Другой версией этого сценария может быть просто захват Одессы. Это будет очень рискованной стратегией для Москвы, вызвав наверняка открытую войну с Украиной, которая, скорее всего, получит значительную политическую, экономическую и военную поддержку со стороны Запада (хотя и без полного западного военного взаимодействия). Наращивание военной мощи России на восточных границах Украины может означать, что Москва хочет рассматривать это как потенциальный вариант для будущего, хотя Кремль оперативно стал отрицать намерение вторгнуться в Украину.

Второй сценарий может включать продолжение так называемого статус-кво, хотя и с заметной дестабилизацией политической ситуации и безопасности в Молдове и Приднестровье. Это было бы для Кремля вариантом с относительно низкими затратами и высокой прибылью. Это также может проложить путь к первому сценарию, создав те самые условия, при которых Москва может заявить, что она должна действовать, чтобы защитить этнических русских, русскоязычных и держателей российских паспортов.

Третий вариант для Кремля – работать в направлении урегулирования конфликта с целью постоянно держать Молдову вне влияния ЕС и НАТО. Это может быть достигнуто с одновременным сохранением давления, оказываемого на Молдову (по сценарию 2), и стимулированием постепенного сближения между Тирасполем и Кишиневом, что приведет к созданию полноценно федеральной Молдовы.

Именно в этом контексте нужно рассматривать новые переговоры по Украине, особенно учитывая российские предложения о нейтралитете и федерализации страны и настояние Москвы на том, что следующий раунд так называемых переговоров по Приднестровью в формате «5+2» должен продвигаться вперед, как запланировано, 10 и 11 апреля.

Третий вариант, описанный выше, может быть наиболее вероятным и благоприятным – и это так, учитывая другие рассмотренные варианты. Тем не менее это будет означать, что Молдова существенно потеряет способность делать свободный и суверенный выбор в отношении будущего стратегического политического, военного и экономического курса. Чтобы избежать этого, Запад должен послать Москве более ясный месседж и закрепить это надежной политикой. Но вопрос в том, думают ли те, кто принимают решения от Берлина до Брюсселя, от Лондона до Вашингтона, что Молдова стоит того, чтобы иметь такую жесткую линию.