Американский винодел, передающий свой опыт армянам, – картина довольно странная. Самая старая в мире давильня для вина, найденная в пещере Арени, только укрепила убеждение в том, что «наше вино – лучшее в мире». На самом деле те несколько винзаводов, что получили признание на международных рынках, добились успеха благодаря иностранным инвестициям и при помощи иностранных экспертов.

Пол Гоббс, один из лучших виноделов США, был в числе тех, кто вывел на новый уровень индустрию вина в Аргентине. Несколько лет он помогает винодельческому проекту Yacoubian-Hobbs wines в Армении. Потенциал у страны хороший, наследие – тоже, но чтобы его подкрепить, нужно много труда, отмечает он.

Армянский коньяк всегда был знаменит, но к виноградарству он не столь требователен, как вино…

Так во всём мире, и на Западе тоже. И если мы хотим, чтобы армянское вино получило такое же признание, как коньяк, то наши виноградники должны быть развиты не меньше, чем производство.

Развитие бизнес-проектов в Армении требует больше времени, чем в любой другой стране, где я работал. Возникают вопросы с логистикой. Кроме того, большинство работников не знакомы с современными технологиями культивации и переработки. Хорошо, что есть несколько людей, готовых поделиться этими знаниями. Многие здесь не знают даже, как правильно обрезать лозы.

Я открыл собственную винную компанию в Аргентине в 1990-ых. Денег на крупные инвестиции у нас не было. Поэтому мы собрали фермеров и договорились с ними о том, какие сорта мы хотим. Тогда мало кто делал что-то похожее. Теперь же, два десятилетия спустя, они прекрасно взаимодействуют с нами. А мы связываемся с ними каждую неделю. Показываем им новые технологии, новые способы разрыхления, опрыскивания, обрезания.

В Армении, как я заметил, есть несколько новых проектов. Проект Эдуардо Эрнекяна - по армянским меркам огромный и независимый. А мы хотим наладить связь с небольшими фермерами. Это непросто. Но успех будет, как и в других странах.

У фермеров-одиночек на такие проекты просто не хватит средств…

В Мозельской долине есть даже виноделы-одиночки. Каждый делает своё вино, а потом производитель собирает их и смешивает для готового продукта. И это вино востребовано во всём мире.

На это можно сказать – то Германия с Францией или Люксембург. А в менее состоятельных странах так не получится…

Тогда взгляните на Уругвай. 20 лет назад у них не было денег, виноделие было запущено до крайности. Но они начали слаженно работать, и теперь там прекрасные виноградники. Когда вы поймёте и решите, что вам нужно делать, инвесторы появятся, как в той же Аргентине.

В Армении многие считают, что армянское вино – лучшее. А если за рубежом о нём не знают, то виноваты виноделы и правительство, которое не умеет его продвигать.

Пока они будут так думать, никаких перемен не произойдёт. С националистическими подходами мало что сдвинется с места. Похожую проблему я видел в Венгрии.

Но там виноделие развито гораздо лучше…

Сравнительно, да. Но за пределами своей страны и венгерского вина идёт сравнительно немного. Но если вы приедете в Венгрию, вам каждый скажет, что лучше их виноградников не найти. Это путь к тому, чтобы развиваться, при всём уважении к моим венгерским друзьям. Если мы тоже будем так думать, то не продвинемся вперед.

Если сравнить всё, что мы видим в Армении, с лучшими виноградниками мира, то понятно, что мы конкурировать не можем. Никто не будет думать об Армении как о стране вина. Чтобы что-то изменилось, мы не должны думать, что наше – лучшее. Если бы наши виноградники были лучшими, тогда бы мы производили лучшее вино в мире. Иллюзиями питаться не стоит. В нашем распоряжении хорошее качество, теперь его надо закрепить практической работой.

Прекрасно, что премьер-министр и министр сельского хозяйства хотят что-то для этого сделать. Сегодня утром мы встречались с ними и говорили о программах, благодаря которым будущие специалисты больше узнают о менеджменте виноделия. А если мы говорим о рыночном виде, то и здесь многое нужно сделать. Вспомните о рынке в Арени, где вино продают в пластиковых бутылках. 

Армяне больше доверяют этому вину, считая его домашним…

А для иностранцев пластик – это канцероген. И если они увидят такое, решат, что это вино – низкосортное. Так что нужно подумать и о таких вещах, если мы хотим, чтобы за рубежом престиж армянского вина был высоким.

Вместе с тем у нас немало и сильных сторон. Одна из них – массовое возделывание локальных сортов винограда. Для рынка они могут оказаться новостью.

Это может быть краеугольным камнем нашего успеха. Древние, аборигенные сорта создают уникальность. Теперь мы хотим понять, как их использовать в современном виноделии. И мы хотим сравнить Армению с другими странами качественного виноделия. Хотим соединить древнюю историю с новыми технологиями.

Это Вы и делаете в Армении?

Стараемся делать. Виноделие окупается долго. Сначала нам нужно было посадить собственный виноградник, установить нужные технологии. Посадку мы как раз закончили, поэтому ждём 2020 года, когда появится первый промышленный урожай. Винного завода у нас нет, открывать пока не планируем. Но у нас есть свои ферментационные чаны и бочки для выдерживания. А для производства мы арендуем другие цеха.

Лучше доказывать примером, чем словами. Это я выучил ещё ребёнком в собственной семье. Теперь нашим трудом мы хотим показать, что уважаем и сохраняем традиции этого важного региона виноделия. Мы хотим, чтобы люди приезжали сюда увидеть богатую культуру, попробовать хорошую кухню и вино.

…наравне с коньяком…

Да. За рубежом если кто-то и знает об Армении, то по коньяку. Он действительно хороший, но мы хотим, чтобы говорили и о вине.