Противоречивый план из 28 пунктов, о котором администрация Трампа неожиданно заявила Украине всего несколько дней назад, был в основном результатом нескольких недель закулисных переговоров между Стивом Уиткоффом и его российским коллегой Кириллом Дмитриевым, которые исключали не только Украину и ее союзников, но даже некоторых ключевых официальных лиц США, пишет Bloomberg.

Столкнувшись с крайним сроком празднования Дня благодарения, европейские чиновники спешат выиграть у президента Украины Владимира Зеленского больше времени для своего собственного встречного предложения о том, как положить конец войне, которое будет представлено официальным лицам США в воскресенье в Швейцарии.

Как отмечает СМИ, европейцы забили тревогу, когда на сцене появился новый игрок: министр армии США Дэн Дрисколл, близкий друг вице-президента США Джей Ди Вэнса со времен их учебы в Йельской школе права. Именно он в срочном порядке сообщил их послам и официальным лицам Украины, что терпение президента США Дональда Трампа иссякло, что Украина находится в плохом положении и что Киев должен согласиться уступить территорию.

Тот факт, что продвигать этот план во время поездки в Киев на прошлой неделе было поручено человеку, близкому к вице-президенту, был красноречив. Это было ответственное задание, которое обычно выполняли дипломаты высокого уровня, такие как госсекретарь Марко Рубио или другие иностранные дипломаты. У Вэнса и Рубио были разные взгляды на то, как должна закончиться война: Вэнс придерживался более изоляционистских взглядов, а Рубио гораздо больше опасался манипуляций со стороны России.

Прежде чем европейские лидеры и Зеленский начнут действовать, им нужно было попытаться понять, кто несет наибольшую ответственность за создание структуры. Они были полностью изолированы, и было неясно, кто оказал наибольшее влияние на Трампа в этом вопросе.

«Для Трампа важно заключение сделки, а не мелкий шрифт. Но для украинцев дьявол кроется в деталях. Их опасения, что Россия подготовила большую часть документа без их ведома, подтвердились. Документ по-прежнему носит признаки прямого перевода с русского языка со странными формулировками предложений», - подчёркивает Bloomberg.