Узнав, что мой сын записался в добровольцы, я и не знал, где он находился, и не интересовался, у меня были на то свои причины. Об этом заявил на заседании комиссии парламента по расследованию обстоятельств 44-дневной войны 27 июня премьер-министр Армении Никол Пашинян.

«Я подумал, что, если начну выяснять, где мой сын, это будет означать, что я не считаю других солдат своими сыновьями. Меня даже не волновало, в тылу ли он, на передовой, опасно там или нет? Как премьер-министр и гражданин Республики Армения, я запретил себе все это», - заверил Пашинян.

Он отметил, что впервые поинтересовался этим вопросом после 9 ноября. «Я впервые поинтересовался после 9 ноября, он уже вернулся, был дома. Когда после войны я встречался с родственниками без вести пропавших и погибших солдат, в прессе и других кругах возникли вопросы: формально ли пошел мой сын на войну, как случилось, что он вернулся, а остальные – нет? Впервые в тот день я поинтересовался, где он был? В то время и узнал, что в составе разведгруппы у него было задание на передовой, находясь в маленькой группе попал под обстрел, и его сослуживец, с которым они лежали на земле, погиб. Осколок решил, что сын премьер-министра не должен погибнуть? Причем из полка, где служил мой сын, погиб 21 человек», - заключил глава кабмина Армении.