Премьер-министр Никол Пашинян сегодня посетил антикоррупционный комитет и присутствовал на мероприятии, посвященном Дню служащего антикоррупционного комитета и второй годовщине образования структуры. Председатель антикоррупционного комитета Сасун Хачатрян выступил с докладом о проделанной работе.

Премьер-министр Пашинян поздравил присутствующих со второй годовщиной формирования антикоррупционного комитета и отметил: «Народная, ненасильственная, бархатная революция, произошедшая в Армении в 2018 году, вызвала очень большие ожидания в обществе, особенно в сфере антикоррупционной политики. Эти ожидания имели два основных направления. Первое-расследовать, раскрыть и привести к установленному законом ходу и исходу зафиксированные коррупционные случаи, истории и механизмы. Во-вторых, предотвращать и быть последовательными в вопросах коррупции, исключать возможности ее развития и так далее. Конечно, в 2018 году ожидания и атмосфера были таковы, что люди очень часто ожидали, что новообразованное правительство пойдет и займется решением этих вопросов политическими, народными методами.

Но должен также с удовлетворением констатировать, что мы не пошли по этому пути, потому что понимали, что именно эти процессы содержат большие риски выхода из логики правопорядка, верховенства закона, конечный результат которых на самом деле будет прямо противоположен заявленной цели. Произойдет передел собственности, и незаконно накопленные средства будут незаконно накапливаться на новых местах, и от этого реальность не изменится.

И мы решили пойти институциональным путем и попытались понять, какие институты нам нужны, чтобы политическая повестка, которая не партийной или правительством, а народом, причем справедливая и обоснованно поднимаемая повестка, была эффективно адресована. Мы решили пойти институциональным путем, и антикоррупционный комитет является одним из выражений этой институциональной политики, но он не единственный, потому что за это время, очень важно отметить, мы создали Антикоррупционный суд, комиссию по предотвращению коррупции в Республике Армения, а также провели ряд других институциональных реформ. Мы сделали все, чтобы зарплаты в судебной, правовой системе были конкурентоспособны с зарплатами частного сектора. По сути, в этом смысле проделана очень большая работа, чтобы мы могли обслуживать выдвинутую повестку», - сказал глава правительства.

Однако, по словам премьера, общественность не очень довольна ходом проделанной работы. «Если мы сейчас проведем в обществе опрос о том, насколько они довольны и насколько они считают, что заявленные цели достигнуты, не думаю, что в обществе очень удовлетворены.

Речь здесь не только о расследовании отдельных уголовных дел, но и о механизмах и темпах конфискации незаконного имущества, что, хочу напомнить, также сформировалось в рамках нашей антикоррупционной политики. Также считаю, что при рассмотрении эффективности расследования как антикоррупционных, так и уголовных дел общего характера, мы должны обязательно зафиксировать в статистике, сколько из этих дел завершилось вступившими в законную силу приговорами.

Потому что, если нет вступившего в законную силу приговора, общество, как это было в ряде случаев, однажды может проснуться и прочитать заголовки, что одного оправдали, другого закрыли, а обществу так и не становится ясно, что происходит.

Конечно, и к этой статистике мы должны проявить определенное отношение, поскольку мы говорим: столько-то дел, их много. Люди не помнят, предположим, сотни или тысячи дел и их детали, у людей есть, так сказать, знаковые случаи, и ими они руководствуются, в конце концов, насколько эффективно страна, государство ведет борьбу с коррупцией и увенчались ли эти дела результатом или нет».

По словам Никола Пашиняна, иногда, наблюдая за ходом каких-то дел, у людей складывается впечатление, что речь идет не о судебном процессе, а о закулисных переговорах. «Пользуясь случаем, когда присутствуют и председатель Высшего Судебного Совета, и генеральный прокурор, и министр юстиции, и руководители наших следственных органов, хочу сказать, что иногда создается впечатление, что эти судебные дела проходят, так сказать, в праздничном, курортном режиме. Судебное заседание состоялось и сразу было перенесено на месяц, два месяца, три месяца, на пять месяцев, и таким образом люди, по имеющим для них знаковую ценность делам, получают следующий основной импульс: идет процесс, и иногда со стороны создается впечатление, что вся эта система чего-то ждет, чтобы иметь какое-то решение».