News
Лента
News
Понедельник
Июнь 24
USD
477.53
EUR
539.47
RUB
7.57
ME-USD
0.16
Вся лента

Ситуация вокруг убийства саудовского журналистам Джамала Хашагджи подчеркивает более широкую борьбу между Турцией и Саудовской Аравией за влияние во всем суннитском мире, которая будет продолжаться в религиозной, политической и экономической сферах, пишет Stratfor.

В течение нескольких недель обвинения в преступлении и поптке его скрыть поглотили турецкие СМИ после того, как 2 октября журналист Джамал Хашагджи был убит в консульстве Саудовской Аравии в Стамбуле. Три недели спустя президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган сказал парламенту, что саудовские власти спланировали  убийство. У Эрдогана есть склонность к напыщенности, но тон его речи был не очень резок, и он даже обратился с сердечным призывом к саудовскому королю Салману сотрудничать, чтобы выявить правду в деле Хашагджи.  Эрдоган решил не упоминать наследного принца Саудовской Аравии Мухаммеда бин Салмана, который, как считается, сыграл свою роль в убийстве.

Заявления и постоянные утечки информации со стороны турецких властей подтверждают мнение о том, что Эрдоган пытается оказать давление на Саудовскую Аравию, чья мировоззренческая и региональная политика противоречит Турции. Эрдоган до сих пор не рисковал  портить отношения с Саудовской Аравией - особенно с учетом перспективы того, что наследный принц может выйти  сухим из воды,  но если международное давление на наследного принца возрастет, у Эрдогана появятся хорошие возможности присоединиться к кампании. На данный момент Турция пытается изменить балансы в королевской семье Саудовской Аравии, подчеркнув, что король является надежным партнером, в то же время  задаваясь вопросом,  кто подстрекал к убийству, при этом не называя наследного принца по имени.

Антагонизм между наследным принцем и президентом Турции взаимен. В одном из интервью в этом году наследный принц назвал Турцию, Иран и политический ислам «осью зла».

В принципе, два лидера пересматривают знакомую историю саудовско-турецкого соперничества, которая длится десятилетиями. Экономические приоритеты могут помешать сторонам  нанести ущерб продуктивным отношениям, но это не означает, что они  не будут пытаться извлечь выгоду из  моментов слабости, а в отношениях появляется заминка. Особенно с учетом того, что

Турция, похоже, создает рычаги влияния на Саудовскую Аравию посредством дела Хашагджи.

Кто возглавляет мир суннитов?

По своей сути конфликт обусловлен их различными политическими видениями суннитского мира, а также борьбой между видениями, чтобы одержать верх. Для Саудовской Аравии, которая является хранителем двух самых святых городов ислама, вызов Турции рассматривается как нападение на легитимность семьи Сауда. Для Турции, чьи султаны когда-то держали те же города, что и халифы суннитского мира, это возможность обеспечить мягкую силу в мусульманском мире на десятилетия вперед.

Вопрос о лидерстве в суннитском мире всегда актуален с того момента как зарождающаяся Турецкая республика отменила халифат в 1924 году. По мнению  турецких республиканцев, это подлинное выражение исламской мысли, которого придерживаются  нравственные мусульмане, которые должны руководствоваться и править суннитским миром. Саудовцы, напротив, считают, что традиционные и четкие иерархии, должны руководить суннитским миром. По сути, Турция заявляет, что легитимность руководства происходит от низовой подлинности повседневных мусульман, в то время как Саудовская Аравия утверждает, что она основана на иерархии традиции.

Это мировоззрение объясняет отвращение Эр-Рияда к таким движениям, как «Братья-мусульмане», которое придерживается взглядов, аналогичных с Турцией, и получивших политическую защиту от Анкары.

Мировоззрение Турции обращается к мусульманам, которые считают, что не традиция или социальный статус должны определять лидерство, но приверженность исламской вере.

Это прямая политическая угроза легитимности королевской семьи Саудовской Аравии; чем больше саудовцев будут так думать, тем больше они будут сомневаться в социальном договоре племенного диктата, который лежит в основе большей части власти монархии. Хотя саудовцы также утверждают, что привержены истинным представлениям об Исламе, их настойчивость в отношении королевской привилегии и прерогативы дает повод для критики. Это создает конкуренцию  между ними, и Эр-Рияд хочет, чтобы турецкое влияние не распространялось на саудовские объекты.

Конкурирующие лагеря

Поскольку Турция и Саудовская Аравия считают себя выдающимися суннитскими державами мусульманского мира, они в целом находятся на одной оси по многим вопросам внешней политики. Например, обе страны хотят сдерживать распространение иранской гегемонии в регионе, воспринимая персидскую власть как угрозу своей собственной способности руководить Ближним Востоком и мусульманским миром. Это делает две державы естественными союзниками для растущих усилий Соединенных Штатов сдержать влияние Ирана.

 Саудовская Аравия и Турция обязались бороться с «Исламским государством» наряду с Соединенными Штатами. Но, несмотря на их широкое согласование по Ирану,  отношения Анкары и Эр-Рияды с Тегераном отличаются. Саудовская Аравия избегает контактов с Ираном, Турция делит с ним не только границу, но и  экономические и стратегические отношения. Это может подтолкнуть Турцию к определенным рискам (например, риск подвергнуться более жестким санкциям США в отношении Ирана в ближайшие месяцы и годы, если турецкие компании продолжат торговать с иранскими организациями), но это также дает Анкаре определенную свободу маневра, например, в Сирии.

Более того, общая граница Турции и Ирана и большое курдское население дают этой парочке повод для сдерживания курдского сепаратизма.

Турция и Саудовская Аравия поддерживают палестинскую государственность, но придерживаются диаметральное разных подходов в оказании экономической и политической помощи  палестинцам. Турция ближе к ХАМАСу,  в то время как Саудовская Аравия в основном поддерживает Фатх. Турция также пытается нормализовать отношения с Израилем, что расширит ее способность оказывать поддержку палестинцам в то время, когда Саудовская Аравия предпочитает не афишировать  свои отношения с Израилем.

Турция и Саудовская Аравия также решительно выступали против президента Сирии Башара Асада на протяжении большей части сирийской войны, но они поддерживали различные группы повстанцев в конфликте. При этом недавняя поддержка Саудовской Аравией сирийских курдов особенно раздражала Турцию, которая считает их террористами.

Конкуренция и конфликт

 Ирано-саудовское соперничество привлекло много внимания, но соперничество между Турцией и Саудовской Аравией, несмотря на то, что оно есть, также создает реальные политические последствия, привлекая региональные суннитские страны в лагерь Анкары или Эр-Рияда. Поскольку политическая модель Турции угрожает таким правительствам, как Египет и Объединенные Арабские Эмираты, эти два государства присоединились к региональным усилиям Саудовской Аравии. Но другие суннитские правительства, такие как Катар, стали ближе к Турции, потому что Доха поддерживает исламскую политику как средство формирования более глубоких связей с глобальными мусульманскими общинами. Некоторые из них, такие как Иордания и Ливан, пытаются извлечь выгоду из обоих лагерей.  В Тунисе Турция пыталась поддержать исламистскую партию Эннахда, чтобы помочь ей противостоять более секуляристским партиям, что побудило Саудовскую Аравию предпринять (несколько безуспешных) усилий поддержать последних. Саудовская Аравия также стремилась ослабить способность Турции сделать Африку экспортным рынком, подрывая усилия Турции по инвестициям. Укрепляя африканские экономики, Саудовская Аравия может помочь им дать  возможность для отпора  более жесткой сделки с Турцией.

Как соперники, Турция и Саудовская Аравия нашли способы уколоть друг друга в слабые места.  Поскольку предотвращение развития автономной курдской политики является главной целью безопасности Турции, Анкара все больше нервничает в связи с усилиями Саудовской Аравии и  стран Залива, связанными с курдами в Ираке и Сирии. Саудовская Аравия также выступает против поддержки  Катара со стороны Турции.  Эр-Рияд особенно хочет помешать Анкаре укрепить свое военное присутствие в Катаре. Более того, страны также поддерживали различные группы в сложном политическом спектре в Ливане, в некотором роде воспламеняя политические проблемы Бейрута.

Экономические связи

Несмотря на соперничество, растущие экономические связи Саудовской Аравии и Турции могут смягчить возможность серьезного разлома - особенно в сфере обороны. Турецко-саудовское оборонное сотрудничество началось в сентябре 2013 года, когда обе страны ратифицировали соглашение о сотрудничестве. В конце 2017 года компания Aselsan Corp., одна из самых важных оборонных компаний Турции, создала совместное предприятие с Taqnia из Саудовской Аравии, которое называется Saudi Defense Electronics Co. (SADEC). Компания сосредоточена в первую очередь на электронике, включая  радары, комплекты радиоэлектронной борьбы и инфракрасные приемники. В рамках совместного предприятия Aselsan и Taqnia начали строительство  завода в Саудовской Аравии. Турция пока еще не поставляла Саудовской Аравии крупных партий вооружений, хотя Анкара вела переговоры о продаже беспилотных летательных аппаратов в Саудовскую Аравию и надеялась продать свой танк «Алтай», а также другое оружие и оборудование. Поскольку двусторонние оборонные связи остаются в зачаточном состоянии, серьезный разлад между Турцией и Саудовской Аравией не станет  препятствием осуществлению текущих сделок с оружием, но это, безусловно, помешало бы стремлениям Анкары выйти на прибыльный саудовский рынок, что означает, что ни одна из сторон не выиграет от разрыва.

Сохраняя спокойствие, на данный момент

Пока игра  Эр-Рияда и Анкара безопасна, поскольку саудиты пытаются разрешить кризис в связи с делом Хашагджи.

Итак, чего же, в конечном счете, хочет Турция, размахивая делом Хашагджи перед  Саудовской Аравией? В экономическом отношении Турция могла бы спокойно ходатайствовать о финансовой поддержке Саудовской Аравии в обмен на прекращение давления со стороны турецких СМИ  на наследного принца, или даже может потребовать некоторую дипломатическую помощь для Дохи, которая остается под блокадой. В сфере политики и безопасности  Турция также ищет канал для  сдерживания саудовской поддержки курдам.

В конечном счете, однако, большая часть саудовско-турецкого соперничества вписывается в политическую и мягкую сферу власти, в которой такие личности, как Мохаммед бин Салман и Эрдоган, соревнуются за престиж, а Анкара и Эр-Рияд пытаются завоевать сердца и умы суннитского мира. На данный момент Турция, похоже, видит выгоду в том, чтобы не раскачивать лодку с Саудовской Аравией, но это не гарантирует, что она не изменит свое мнение.

 

!
Этот текст доступен на   Հայերեն
Распечатать