По мнению руководителей отрасли и аналитиков, прекращение поставок нефти и газа из стран Персидского залива окажет все большее влияние в ближайшие недели, поскольку существующие запасы сокращаются, передаёт CNN.

Поставки в настоящее время сократились с примерно 20 миллионов баррелей в день до конфликта и закрытия Ормузского пролива до почти одного миллиарда баррелей в день в апреле, сообщила в пятницу группа морской разведки Kpler.

«Хотя постепенное восстановление может начаться с июня, восстановление баланса является неполным, в результате чего мировой рынок нефти остается напряженным и все больше зависит от запасов и корректировки спроса», - передаёт Kpler.

Один из руководителей нефтяной компании США, который встречался с президентом страны Дональдом Трампом в четверг, говорит, что рынок еще не в полной мере осознал последствия сбоя.

«Если пролив останется закрытым, это еще не все», - заявил генеральный директор Exxon Даррен Вудс акционерам в пятницу.

По словам Вудса, перебои в поставках были смягчены большим количеством загруженных нефтью танкеров, которые находились в пути в течение первого месяца войны, высвобождением стратегических запасов нефти правительствами и использованием материальных запасов. Аналитики говорят, что запасы бензина в настоящее время истощены. По данным Управления энергетической информации США, 24 апреля запасы бензина в США упали до 222 миллионов баррелей, что является самым низким показателем для этого времени года более чем за десятилетие. По данным Kpler и других источников данных о судоходстве, за последние дни через Ормуз было совершено всего несколько переходов.

Военно-морской флот Великобритании заявил в пятницу, что «с начала конфликта движение через Ормузский пролив сократилось на 90%, и теперь менее 10 судов в день проходят через пролив», а около 20 000 моряков застряли на кораблях в Персидском заливе.

Трамп заявил в пятницу, что есть варианты в дополнение к продолжающейся блокаде США судов, использующих иранские порты. Иран не продемонстрировал готовности идти на компромисс в вопросе контроля над Ормузским проливом, о котором он заявлял в начале конфликта.