С чего все началось?

12 июня 2018 года, представляя коллективу Специальной следственной службы новоназначенного начальника ССС Сасуна Хачатряна, Пашинян заявил: «Одно из самых важных дел, которое должна осуществить ССС - это раскрытие событий 1 марта».

Спустя полтора месяца - 26 июля - находившийся за границей второй президент Армении Кочарян был вызван в ССС в качестве свидетеля, однако в тот же день ему уже было предъявлено обвинение по статье 300.1 УК, а ССС ходатайствовала перед судом о его аресте. По сути, президента Кочаряна обвиняли в объявлении чрезвычайного положения в стране 1 марта 2008 года.

Адвокаты были озадачены, поскольку статьи, по которой было предъявлено обвинение, в новой Конституции не существовало. Это недоумение переросло в один из самых громких правовых споров в новейшей истории Армении. Речь шла о статье 300.1 Уголовного кодекса Армении, по которой второму президенту было предъявлено обвинение в «свержении конституционного строя» в контексте событий 1 марта 2008 года. Адвокаты утверждали, что такой статьи не существовало: на момент событий 2008 года действовал Уголовный кодекс в редакции 2003 года, где статьи 300.1 с названием «свержение конституционного строя» вообще не было. Эта статья была добавлена в кодекс позднее - в 2009 году, следовательно, нельзя было предъявлять обвинение по статье, которая предположительно была нарушена ранее.

Первый арест и спор об иммунитете

27 июля суд общей юрисдикции Еревана под председательством Ваче Маргаряна применил в отношении Кочаряна арест. Это был первый арест президента по данному делу. Защита отмечала, что отсутствуют обоснованное подозрение, риск побега и основания полагать, что он может воспрепятствовать следствию. На следующий день после ареста президента Кочаряна с пресс-конференцией выступили адвокаты второго президента и руководитель офиса Виктор Согомонян. Последний заявил: «И предъявленное Роберту Кочаряну обвинение, и его арест абсолютно незаконные. Это очевидное политическое и личное преследование. И это именно то, что в последнее время называют модным словом вендеттой. Отношение ССС - сначала привлечь Кочаряна как свидетеля, потом быстро предъявить обвинение, затем быстро арестовать, мне кажется, эти явления красноречивые и даже не нуждаются в комментариях».

Виктор Согомонян также отметил: «Это дело никак не связано с раскрытием дела о 10 погибших 1 марта. С помощью ложных обвинений поставлена четкая цель — просто добиться ареста Кочаряна. Вы думаете, сейчас раскрывают 1 марта? Абсолютно нет, осуществляется прямое преследование».

13 августа Апелляционный суд под председательством Александра Азаряна изменил меру пресечения в отношении Роберта Кочаряна. Согласно решению судьи: «Суды не уполномочены и не могут обсуждать вопрос об аресте президента, в том числе бывшего, за деяния, вытекающие из его статуса, пока он не лишен неприкосновенности с соблюдением установленных процедур».

По логике суда, действия, вменяемые Кочаряну, могли вытекать из его статуса президента республики и осуществления президентских полномочий. Между тем процедура лишения его иммунитета в специальном порядке для привлечения к уголовной ответственности не проводилась. Роберт Кочарян был освобожден, однако обвинение сохранилось.

Реакция властей была довольно жесткой (впоследствии этот эпизод судья Александр Азарян представил как пример давления на судебную власть). Начальник Специальной следственной службы Сасун Хачатрян публично заявил, что решение Апелляционного суда об освобождении Роберта Кочаряна является незаконным, и выразил надежду, что Генеральная прокуратура подаст кассационную жалобу. Судья Азарян заявил, что глава ССС дал такую оценку, еще не ознакомившись с полным текстом судебного акта. Судья счел это недопустимым вмешательством в деятельность суда.

Позже, в 2020 году, в отношении Александра Азаряна было возбуждено дисциплинарное производство, сообщение о чем подал тот же Сасун Хачатрян. Поводом стали высказывания Азаряна в адрес главы ССС Сасуна Хачатряна на другом закрытом судебном заседании: «Я надеялся, что вы не опуститесь до уровня начальника ССС и не будете критиковать вступивший в законную силу судебный акт». Азарян отреагировал на обвинение словами, что «назвал вещи своими именами». Высший судебный совет 9 июля 2020 года отклонил ходатайство о привлечении судьи Азаряна к дисциплинарной ответственности.

Напомним, Александр Азарян на протяжении многих лет был судьей с самым высоким рейтингом в системе оценки судей.

Прослушки и второй арест

11 сентября 2018 года была опубликована прослушка телефонного разговора директора СНБ Артура Ванецяна и начальника ССС Сасуна Хачатряна. Разговор состоялся именно в день предъявления обвинения Кочаряну.

Ванецян рассказывал, что судья, рассматривавший вопрос об аресте Кочаряна, позвонил ему и сказал, что боится выносить решение об аресте. Ванецян рассказывает, что сказал судье: «хочешь не хочешь - арест ты должен обеспечить».

За этим последовала еще одна скандальная прослушка - Пашинян–Ванецян, опубликованная 5 декабря 2018 года. Во время разговора Пашинян участвовал в заседании ЕАЭС и говорил шепотом. В разговоре Пашинян спрашивает: «А что там по Кочаряну, есть новости?», на что Ванецян ответил, что заседание суда по вопросу Кочаряна продолжается. В другой части разговора Пашинян снова спрашивает, что стало с вопросом ареста Кочаряна, на что Ванецян отвечает: «скоро будет».

Решение об освобождении Роберта Кочаряна из-под стражи не было окончательным: 15 ноября 2018 года Кассационный суд отменил решение судьи Азаряна от 13 августа и направил дело на новое рассмотрение. 7 декабря 2018 года Апелляционный уголовный суд под председательством Рубика Мхитаряна оставил без изменения решение суда первой инстанции от 27 июля 2018 года об аресте. Апелляционный суд посчитал, что президент Кочарян обладал связями, влиянием и авторитетом, которые, оставаясь на свободе, могли дать ему возможность воздействовать на проходящих по делу лиц. Напомним, именно это решение обсуждали в прослушке руководители СНБ, ССС, а также премьер-министр Пашинян. Примечательно, что судья Рубик Мхитарян, принявший решение о втором аресте Роберта Кочаряна, получил служебное повышение и в 2024 году указом президента Армении был назначен судьей судебного состава по рассмотрению коррупционных преступлений Антикоррупционной палаты Кассационного суда.

Уместно напомнить, что прокуроры, поддерживавшие обвинение против Роберта Кочаряна, также получали служебные повышения: прокурор Геворк Багдасарян, например, был назначен заместителем генерального прокурора. Однако, спустя 3 года, когда дело уже было признано неконституционным, он был выведен из системы. Прокурор Карен Бишарян был назначен судьей апелляционной инстанции. Повышение получил и другой прокурор - Петрос Петросян, который впоследствии также был выведен из системы, а сейчас работает адвокатом.

Итак, 7 декабря 2018 года Роберт Кочарян второй раз оказался под арестом.

Освобождение в 2019-м, блокирование судов и третий арест

Следующее освобождение президента Кочаряна из-под ареста состоялось 18 мая 2019 года. Суд административных районов Аван и Нор Норк суда общей юрисдикции Еревана под председательством судьи Давида Григоряна постановил освободить второго президента Армении Роберта Кочаряна под личное поручительство.

14 мая бывшие и действующий на тот момент президенты НКР Аркадий Гукасян и Бако Саакян представили в суд поручительство об освобождении Роберта Кочаряна из-под ареста. Судья Давид Григорян сообщил, что для представления поручительства поручители должны обязательно явиться в суд. Президенты явились в суд и подтвердили свое поручительство. Судья Давид Григорян не только освободил Роберта Кочаряна, но и отдельным решением от 20 мая приостановил производство по делу и обратился в КС с просьбой определить вопрос соответствия Конституции части 1 статьи 300.1 Уголовного кодекса Армении, предъявленной Кочаряну.  

Эти решения Давида Григоряна дорого обошлись не только ему, но и всей судебной системе.

В тот же день - 19 мая 2019 года - Никол Пашинян выступил в прямом эфире в Facebook с призывом с 8:30 утра 20 мая заблокировать входы во все суды Армении. Так и было сделано - организовано его соратниками, пусть и немногочисленными, но агрессивными людьми. В интернете есть видео, как толкают судью Давида Балаяна, неизменно пользовавшегося высоким авторитетом в судебной системе, который в условиях блокады пытался попасть внутрь здания суда через окно, чтобы исполнять свои обязанности.

26 июля 2019 года исполняющий обязанности генерального прокурора представил в Высший судебный совет ходатайство о даче согласия на возбуждение уголовного преследования в отношении Давида Григоряна. В те дни генеральный прокурор армении Артур Давтян, который лично присутствовал на судебных заседаниях по делу Кочаряна, находился в отпуске. Его заменял Армен Хачатурян, который и представил соответствующее ходатайство в ВСС. Григоряну вменялось подозрение в совершении служебного подлога по части 1 статьи 314 Уголовного кодекса. Якобы это касалось совсем другого судебного дела, однако было понятно, что мотивом стало освобождение Роберта Кочаряна. 27 июля 2019 года было опубликовано решение ВСС, в результате чего полномочия судьи Григоряна были приостановлены в силу закона. После заседаний, продолжавшихся годами, Давид Григорян был оправдан, а государство обязалось восстановить его на работе, а также выплатить компенсацию.

5 июня 2019 года, отвечая на вопросы журналистов, Никол Пашинян заявил: «Что, сегодня в Армении есть судья, который может не сделать то, что скажет премьер?».

Через 20 дней после этого заявления Пашиняна - 25 июня - Апелляционный уголовный суд под председательством Армена Даниеляна отменил решение судьи первой инстанции Давида Григоряна от 18 мая, которым арест Кочаряна был заменен личным поручительством Бако Саакяна и Аркадия Гукасяна, и вновь избрал в отношении Кочаряна арест в качестве меры пресечения. Согласно решению судьи Даниеляна, основной риск заключался в том, что, находясь на свободе, Кочарян мог незаконно воздействовать на лиц, проходящих по делу, и тем самым воспрепятствовать осуществлению правосудия.

Во время заседания судья Армен Даниелян даже не позволил стороне защиты изложить свою позицию и принял решение, выслушав только сторону обвинения. 25 июня 2019 года Роберт Кочарян был арестован уже в третий раз, на этот раз по решению судьи, который в судебной системе неизменно имел самый низкий рейтинг. Армен Даниелян также отменил решение судьи Григоряна от 20 мая об обращении в КС и приостановлении производства по делу, направив дело на новое рассмотрение.

Армен Даниелян также вскоре получил служебное повышение и в настоящее время является судьей Уголовной палаты Кассационного суда.

Итак, после приостановления полномочий Давида Григоряна дело Роберта Кочаряна 19 августа 2019 года было передано судье Анне Данибекян, а 20 августа она приняла его в производство.

Дело в КС и развитие событий вокруг Конституционного суда

Хотя судья Даниелян отменил решение судьи Григоряна от 20 мая об обращении в КС и приостановлении производства по делу, 8 июля 2019 года КС решил частично принять к рассмотрению обращение Григоряна, в частности, по вопросу конституционности части 1 статьи 300.1.

Именно это решение, по мнению многих юристов, положило начало серии атак властей на Конституционный суд и его разрушения. Судя по всему, власти не простили высшему суду решения принять в производство дело, касающееся Роберта Кочаряна. Начался процесс изменения состава членов и председателя КС. 6 февраля 2020 года Национальное Собрание решило вынести на референдум изменение одной статьи Конституции, что позволило бы избавиться от большей части судей. Предполагалось, что полномочия членов КС, долгое время занимавших должности и назначенных по старому порядку, будут прекращены. Пашинян в тот день в парламенте заявил, что референдум должен решить «вопрос» КС. Референдум был назначен на 5 апреля 2020 года. Однако из-за пандемии Covid-19 ситуация изменилась. После нескольких агитационных собраний Пашинян, в конце концов, уступил, и 16 марта в Армении было объявлено чрезвычайное положение. Поскольку проведение референдума в условиях чрезвычайного положения было запрещено, референдум 5 апреля не состоялся. ЦИК 17 марта объявил о приостановлении процесса референдума. В итоге, референдум был отменен 25 июня, а за 3 дня до этого - 22 июня 2020 года - НС приняло изменение Конституции через парламент, которым была изменена статья 213. Согласно новому регулированию, полномочия члена КС, назначенного до вступления в силу главы 7 Конституции и в общей сложности проработавшего не менее 12 лет, считались прекращенными. 26 июня на основании этого изменения были прекращены полномочия трех судей КС - Гранта Назаряна, Феликса Тохяна, Альвины Гюлумян. Одновременно было прекращено пребывание Грайра Товмасяна в должности председателя КС. Следует отметить, что в тот период власть неоднократно предлагала членам КС сделку: уйти в отставку и получить высокую пенсию. Однако получила отказ.

Свою роль в этом процессе сыграла и парламентская оппозиция. Партии «Процветающая Армения» и «Светлая Армения», ставя под сомнение конституционность изменений, бойкотировали голосование 22 июня. «ПА» попыталась оспорить изменения в Конституционном суде, однако из необходимых 27 подписей удалось собрать 26, а «СА» в тот момент отказалась присоединиться, заявив, что обратится в КС после завершения рассмотрения дела Роберта Кочаряна, фактически оказав услугу власти. В результате на момент вступления изменений в силу у оппозиционного обращения не оказалось необходимого числа подписей, и прекращение полномочий трех судей и пребывания Грайра Товмасяна на посту председателя КС уже стало фактом. В августе «СА» и «ПА» уже совместно обратились в КС, однако к тому моменту изменения уже вступили в силу, а прекращение полномочий уже состоялось.

Таким образом, вопрос референдума был фактически решен не референдумом, а принятием изменения Конституции Национальным Собранием, что, по утверждению многих юристов, также было незаконным. После этого судьями КС были назначены только лояльные «Гражданскому договору» и Пашиняну, желательные для них лица - независимо от того, что часть из них даже не была судьями.

17 сентября 2019 года суд под председательством Анны Данибекян отклонил очередное ходатайство об освобождении Кочаряна из-под ареста, и президент продолжил оставаться под арестом. В октябре-декабре того же года из-за проблем со здоровьем второго президента несколько раз доставляли в больницу, в том числе из-за необходимости операции, однако впоследствии его возвращали в место содержания под стражей.

Через год - освобождение из-под ареста

Спустя 1 год после ареста в июне 2019 года - 18 июня 2020 года, второй президент Армении был освобожден из-под ареста, на этот раз - решением судьи Апелляционного уголовного суда Арсена Никогосяна. Размер залога был установлен в 2 млрд драмов. По обоснованию суда, существовал определенный риск того, что Кочарян, находясь на свободе, мог воспрепятствовать рассмотрению дела, однако суд счел, что залог в 2 млрд драмов может снизить этот риск. Согласно разъяснению сына Роберта Кочаряна Левона Кочаряна, около 500 млн драмов залога было собрано средствами семьи, в том числе за счет залога его квартиры и жилья сестры Гаяне, а около 1,5 млрд драмов предоставили благотворители.

Генеральная прокуратура обжаловала это решение суда. 30 июля 2021 года Кассационный суд отклонил жалобу прокуратуры.

После решения судьи Арсена Никогосяна об освобождении Роберта Кочаряна из-под ареста его личный номер телефона и адрес проживания некоторые люди распространили в интернете с призывами к насилию. Хотя сама власть публично не критиковала решение судьи, интернет-атаки создавали впечатление именно провластного заказа. Это решение остановило дальнейшее карьерное продвижение судьи Никогосяна - в отличие от судей, принимавших решения об аресте, которые получали повышения.

Статья 300.1 признается неконституционной

Тем не менее, несмотря на то, что состав Конституционного суда претерпел серьезные изменения и были назначены судьи по вкусу власти, 26 марта 2021 года Конституционный суд постановил признать статью 300.1 Уголовного кодекса противоречащей статьям 78 и 79 Конституции и недействительной.

Это стало ключевым правовым поворотом в деле Роберта Кочаряна, поскольку основное предъявленное ему обвинение базировалось именно на статье 300.1.

Обвинение рухнуло

После оглашения решения КС у здания суда адвокат Роберта Кочаряна Арам Вардаванян заявил, что Конституционный суд фактически подтвердил то, на чем сторона защиты и Роберт Кочарян настаивали с самого начала дела - статья 300.1 не соответствовала требованиям правовой определенности. «Сожалею, что все это длилось три года… В конце концов истина победила», - сказал Вардаванян, подчеркнув, что после решения КС уголовное преследование по этой статье уже подлежало прекращению.

И действительно, с самого первого дня предъявления обвинения президент Кочарян и его адвокаты многократно заявляли о его необоснованности и неконституционности. Однако официально это было зафиксировано лишь примерно 3 года спустя - после того, как второго президента Армении трижды, с перерывами, незаконно держали под арестом 540 дней.

После решения КС от 26 марта 2021 года суд первой инстанции Еревана 6 апреля 2021 года прекратил уголовное преследование по статье 300.1 в отношении Роберта Кочаряна, Сейрана Оганяна и Юрия Хачатурова.

Возвращение дела и новое обвинение

Это решение прокуратура обжаловала, и спустя три с половиной года - 12 сентября 2024 года - Антикоррупционная палата Кассационного суда отменила решение от 6 апреля 2021 года и направила дело в Антикоррупционный суд на новое рассмотрение.

11 октября 2024 года прокуратура приняла решения изменить правовую оценку обвинения, ранее предъявленного по статье 300.1, и предъявить Кочаряну и другим новое обвинение по части 3 статьи 309 УК 2003 года. Эта статья касается превышения должностным лицом служебных полномочий.

Первое заседание по новому этапу в Антикоррупционном суде состоялось 28 ноября 2024 года под председательством судьи Саркиса Петросяна. На этом заседании прокурор ходатайствовал о предъявлении нового обвинения Кочаряну и другим. Основная правовая логика прокуратуры была следующей: КС в 2021 году признал статью 300.1 противоречащей Конституции и недействительной, однако это само по себе не означало, что описанные деяния не могут получить иную уголовно-правовую оценку.

Кочарян и его адвокаты с самого начала оспаривали саму возможность того, что если статья 300.1 признана неконституционной и на ее основании прежнее преследование прекращено, то как в рамках того же дела возможно предъявить новое обвинение.

На том же судебном заседании президент Кочарян с удивлением отреагировал: «Без статьи не бывает обвинения, без обвинения не бывает обвиняемого». Он поставил под сомнение свой статус обвиняемого.

На протяжении месяцев сторона защиты оспаривала правомерность нового обвинения. Суд утвердил обвинение лишь 16 января 2026 года - после 1 года и 2 месяцев судебных заседаний.

Контраргументы Кочаряна

Роберт Кочарян неоднократно называл обвинение абсурдом и оспаривал логику обвинения о незаконности указа о чрезвычайном положении. Его основная мысль заключалась в следующем: даже если допустить наличие правовой проблемы, указ о чрезвычайном положении был утвержден Национальным Собранием, а по переходным положениям действовавшей в то время Конституции президент в таких условиях имел полномочия объявлять чрезвычайное положение.

«Это обвинительное заключение - политический документ, оно написано не юристами, а в политических кабинетах, это абсурд», - сказал Роберт Кочарян.

Он выделил два предполагаемых «мотива», указанных в обвинении: цель «сохранить желаемую провластную систему» и «любой ценой передать власть своему приближенному Сержу Саргсяну». Кочарян задался вопросом, что означает «желаемая провластная система», и отметил, что даже от следователя не получил объяснения этой формулировки.

В выступлении 8 сентября Кочарян особо коснулся формулировки о «передаче» власти Сержу Саргсяну. Его аргумент был следующим: президент не «передает» власть следующему президенту просто так. По словам Кочаряна, президентские выборы проводит ЦИК, вступление избранного президента в должность происходит по процедуре, предусмотренной Конституцией, новый президент приносит присягу в НС, а одной из обязанностей действующего президента является обеспечение того, чтобы власть была передана лицу, избранному законным образом.

Именно по этой причине президент Кочарян задавался вопросом: если избрание Сержа Саргсяна в обвинении не представлено как незаконное или сфальсифицированное, то каким образом передача власти действующим президентом избранному президенту может быть представлена как преступная цель? В том же выступлении Роберт Кочарян также сказал следующее:  «Уже 7 лет я не понимаю, чего от меня хочет правоохранительная система, власть Армении?».

Во время судебного обсуждения 11 июля 2025 года Кочарян сказал, что создается впечатление, будто составители обвинительного заключения вообще не знакомы с тогдашней Конституцией или не поняли, что там написано.

Другие оценки и контраргументы Роберта Кочаряна по делу «1 марта»:

1. У меня сразу сложилось впечатление, а впоследствии оно подтвердилось, что эта следственная группа не ставит целью раскрыть данное дело, есть назначенный виновный, и нужно сделать все, чтобы доказать именно эту вину.

2. Посягательство на конституционный строй было совершено сторонниками Левона Тер-Петросяна, которые заявляли, что должны дезорганизовать государственную систему. Какой именно конституционный строй мы свергли? Только человек с больным воображением может предположить, что это вообще было возможно.

3. Уже были сожжены несколько десятков машин, возведены баррикады, на внутренние войска шли прямые нападения - вот какова была ситуация. Я что, должен был спокойно смотреть, как разрушается государственная система? Необъявление чрезвычайного положения сегодня рассматривалось бы как бездействие президента.

4. 1 марта из рядов демонстрантов стреляли из автомата в сторону рядов полицейских, по этому поводу есть множество видеозаписей. Первой жертвой был полицейский. Ни один оппозиционный деятель не получил каких-либо ранений.

Четвертый арест - 2026 год

Четвертый арест второго президента Армении произошел уже в 2026 году. По сути, его обвиняют в том, что в период президентства он утвердил решение, представленное правительством. 24 августа в Национальном Собрании состоялась резкая перепалка в формате вопросов и ответов между Николом Пашиняном и Левоном Кочаряном, в ходе которой Левон Кочарян обвинил Пашиняна в потере Арцаха и тысячах жертв, отметив, что более 500 000 человек, проголосовавших за оппозицию, называют Пашиняна «мерзким предателем». После этой формулировки нервы Пашиняна не выдержали, и он с трибуны парламента заявил, что Кочаряны «должны сесть и быть лишены имущества». Уже на следующий день после этого заявления - утром 25 августа антикоррупционные органы вместе со спецподразделением СНБ начали действия против семьи Кочарянов.

Были проведены обыски в квартирах Роберта и Левона Кочарянов, а также в принадлежащих им или взаимосвязанных с ними компаниях, в частности в «Toyota Yerevan», «Pregomesh», «Orange Fitness», «Play City», однако ничего, содержащего состав преступления, обнародовано не было.

В тот же день Роберт Кочарян и его старший сын Седрак Кочарян были задержаны и доставлены в Антикоррупционный комитет.

В Антикоррупционном комитете самочувствие президента Кочаряна ухудшилось, его перевели в медицинский центр. Выяснилось, что второй президент РА примерно за 1-2 недели до этих событий перенес операцию на сердце и, согласно указаниям врача, около месяца должен был находиться в состоянии покоя.

Однако, это обстоятельство не помешало правоохранительной системе: 26 августа его доставили в Антикоррупционный суд, где рассматривалось ходатайство об аресте.

Примечательно, что во время рассмотрения вопроса об аресте Кочарян вновь был переведен в больницу, а суд продолжил заседание без его участия и на рассвете 27 августа под председательством судьи Саркиса Дадояна применил в качестве меры пресечения двухмесячный арест - на основании недопущения воспрепятствования следствию.

Здесь важно отметить, что во время всех предыдущих арестов и в промежутках между ними поведение Роберта Кочаряна - с точки зрения воспрепятствования следствию или сокрытия - не давало повода для нареканий, а сторона защиты постоянно упоминала о его надлежащем поведении.

По оценке адвокатов, Роберт Кочарян обвиняется в исполнении своих конституционных обязанностей.

«Необходимое для ареста Кочаряна основание - обоснованное подозрение - отсутствует. Сторона защиты представила свою позицию, настаивая на том, что обоснованного подозрения нет, а предъявленное обвинение имеет множество правовых и фактических проблем. Обвинение сводится к тому, что Роберт Кочарян, будучи президентом, исполнил свою конституционную обязанность - утвердил решения правительства», - отметил Арам Орбелян.

При этом он добавил: «Каким образом Роберт Кочарян может воспрепятствовать? Его единственным действием было утверждение решения правительства, то есть он должен был пойти в архив кабмина и что - стереть его?».

С учетом всего этого арест Кочаряна трудно рассматривать лишь как очередной уголовный процесс. В связи с этим делом циркулируют 3 основные версии.

Почему «берут» Кочаряна?

1. Внутриполитическое дело на фоне новых уступок: арест Кочаряна произошел в то время, когда в оппозиционном поле активно обсуждались возможные новые уступки властей Азербайджану и ожидаемые решения по пограничным и территориальным вопросам.

В этих условиях изоляция такого политического деятеля как Кочарян представляется как политический расчет - устранить тех людей, которые могут организовать сопротивление или консолидировать недовольное общество.

2. Геополитическое дело: соратники Кочаряна рассматривают его последний арест не только в контексте внутренней политики, но и в контексте происходящих вокруг Армении геополитических процессов. По их оценке, в условиях изменения внешнеполитического вектора Армении, ухудшения армяно-российских отношений и новых требований, звучащих из Баку, власть пытается изолировать те политические силы и деятелей, которые могут противостоять этой повестке. Руководитель офиса Роберта Кочаряна Баграт Микоян напрямую назвал четвертый арест «исключительно геополитическим» и связал его с требованиями, поступающими из Баку.

3. Требование Алиева: решение об аресте Кочаряна было принято 26 августа - на следующий день после дня рождения первой леди Азербайджана Мехрибан Алиевой. Учитывая, что президенты Арцаха находятся в заключении в Баку, участников арцахской войны Алиев считает террористами, а также опыт предыдущих лет, согласно которому Пашинян выполняет требования Алиева, этот арест также связывают с требованием Азербайджана.

Вся последовательность событий с 2018 по 2026 год показывает одно: дело Кочаряна в Армении давно уже не просто уголовное дело одного человека. Оно стало символом постреволюционной власти в Армении - символом фальсификаций, разрушений, предательства интересов, коррупции, обмана общества, раскола. Эти уголовные дела, хотя и не имеют перспектив, как показал пример дела, признанного неконституционным, одновременно разрушают и ряд мифов, выстроенных вокруг президента Кочаряна.

Арам Габриелян