В ближайшие месяцы Европейский союз столкнется с масштабным электоральным циклом, который может усилить позиции националистических и ультраправых партий и существенно осложнить работу объединения, пишет The Guardian.

Выборы в крупнейших странах ЕС способны изменить политический баланс и поставить под угрозу дальнейшую интеграцию Европы, поддержку Украины и согласование общей политики в ключевых сферах.

В конце 1990-х годов европейская политика двигалась в противоположном направлении. В Великобритании премьер-министром был Тони Блэр, во Франции — Лионель Жоспен, а в Германии канцлером стал Герхард Шрёдер. Экономический рост повышал уровень жизни, ЕС готовился к расширению на восток, а сторонники проевропейского центристского курса находились у власти почти во всех странах объединения.

Почти три десятилетия спустя политическая динамика изменилась, подчёркивает издание.

Между концом ноября и концом 2027 года выборы пройдут в четырех из пяти крупнейших стран ЕС — Испании, Франции, Польше и Италии. Голосования также запланированы в Эстонии, Финляндии, Греции и Словакии, а в Германии состоятся региональные выборы.

В Испании досрочные парламентские выборы назначены на 29 ноября. Социалистическая коалиция премьер-министра Педро Санчеса рискует уступить консервативной Народной партии и ультраправой партии Vox, которые уже совместно управляют рядом регионов страны.

Весной во Франции пройдут президентские и парламентские выборы. Главным претендентом на президентский пост, согласно приведенной в статье оценке, выступает Марин Ле Пен из ультраправой партии «Национальное объединение». Ее позиции укрепляет раскол в традиционном политическом лагере.

В Польше националистические силы, в совокупности пользующиеся поддержкой почти половины избирателей, могут сместить либеральную коалицию премьер-министра Дональда Туска. В Италии Джорджа Мелони рассчитывает добиться второго срока на выборах, которые должны состояться не позднее конца 2027 года, однако справа на нее давит новая партия «Национальное будущее».

При этом рост националистических настроений не означает отказа европейцев от самого ЕС. Согласно опросам, рекордные 74% жителей Европы считают, что их страны выигрывают от членства в объединении. После кризиса Brexit большинство евроскептических партий уже не выступает за выход из ЕС, но стремится превратить его в более рыхлый союз суверенных государств, ограничив полномочия наднациональных институтов.

Популярность традиционных левоцентристских и правоцентристских партий снижают слабый экономический рост, старение населения, напряженность государственных бюджетов и рост стоимости жизни. Ультраправые, в свою очередь, используют недовольство граждан, выступая против миграции, вакцинации, климатической политики, поддержки Украины, глобализации и международных элит. Их позиции укрепляют российская дезинформация и открытая поддержка «патриотических» партий со стороны администрации президента США Дональда Трампа.

Сегодня ультраправые партии поддерживает почти каждый четвертый избиратель — почти в пять раз больше, чем в середине 1990-х годов. Дополнительным фактором становится сближение традиционных консерваторов с радикальными правыми. Европейская народная партия все чаще сотрудничает с более правыми группами, в частности по вопросам миграции и пересмотра отдельных положений Европейского зеленого курса.

Одним из главных последствий электорального сдвига может стать изменение баланса сил в Европейском совете, где из 27 глав государств и правительств лишь трое представляют левоцентристские силы. Если к концу 2027 года евроскептические лидеры придут к власти во Франции, Испании и Польше, они вместе с руководителями Чехии, Италии, Румынии, Словакии и Словении смогут сформировать влиятельное блокирующее меньшинство.

Такой альянс не сможет самостоятельно переписать законодательство ЕС, но способен затормозить принятие решений по бюджету, расширению объединения, помощи Украине и углублению сотрудничества в обороне, энергетике, финансах и технологиях.

Особое значение имеют выборы во Франции. Программа Ле Пен предполагает сокращение взноса страны в бюджет ЕС на 11 млрд евро, проведение конституционного референдума для закрепления приоритета французского законодательства над европейским, а также нарушение ряда правил единого рынка. По оценке экспертов, Франция обладает значительно большим влиянием на ЕС, чем Венгрия Виктора Орбана, и президентство Ле Пен могло бы создать гораздо более серьезные препятствия для работы европейских институтов.

Формирование сплоченного евроскептического блока способно осложнить соблюдение принципов верховенства права и согласование общей экономической политики. Одной из первых жертв может стать Украина: Ле Пен, как предполагается, могла бы возглавить группу стран, выступающих против дальнейшей помощи Киеву.

Эксперты считают, что распад ЕС в ближайшее время маловероятен. Однако усиление радикальных правых может помешать объединению адаптироваться к будущим вызовам.

Как предупреждает аналитик Carnegie Europe Штефан Лене, длительная неспособность стран ЕС действовать сообща постепенно приведет к утрате объединением политического влияния.