...А то слишком мешает. И проекты по солнечной энергетике постигает судьба кулибинской «самокатки». Государство и без того не ведущее, а ведомое. Убеждать нужно самому. Пока не дойдешь до сметных цифр. Тут все холодеет окончательно.

В солнечной Армении солнце решили оставить туристам и помидорам. Изучать гелиотехнику советского времени слишком скучно. Что за аббревиатура такая – ВНИИИТ? Сразу и не выговоришь, как в райкинском «я работаю в НИИ»... А НИИ, как ни гнусавь, действительно был. И аббревиатура эта очень простая и нужная – Всесоюзный научно-исследовательский институт источников тока. Тогда, в 80-е годы, в Армении существовал его филиал, на базе гелиостанции с солнечными зеркалами. Чаши диаметром в один и два метра собирали силу солнца в фокус до 3-4 тысяч градусов. А «фокус» состоял в том, что нагревалась только точка под лучами, но не окружающий материал. Таким образом, чаша становилась идеальным тиглем с перспективой применения, например, в синтезе сверхчистых материалов. Почему? Из-за второго «фокуса» - быстроты нагрева: 800 – 1000 градусов в секунду. Посторонние примеси не успевали внедриться в чистое вещество. Теперь следы института теряются… В солнечной Армении. А в холодной России головной филиал ВНИИИТ – теперь НПП «Квант», изучающее и производящее. В том числе фотоэлектрические системы. 

Впечатления нас не обманывают. Армения – действительно солнечная страна. 2500 часов сияния в год, поток солнечной радиации на 70% выше среднеевропейского (1720 кВтч на кв м ровной поверхности).

Наш собеседник – доктор физ.-мат. наук, член-корр. Национальной АН Армении Гамлет Караян, в свое время разработавший комплексное производство гелиостанций. С КПД в 17-22%, очень хорошим  для кремниевых элементов. Но КПД хождения по кабинетам и банкам оказался нулевым. Сейчас суммарная мощность фотоэлектрических станций в Армении составляет 13 кВт. В сумме хватит на несколько многоэтажек. Правда, стоят не там. Крыша церкви Св. Саркиса, школа Байрона в Гюмри (самая старая станция). Словом – пока экзотика.      

А в проекте доктора Караяна «икра баклажанная» из «заморской» становилась самой что ни на есть обыкновенной. Станции суммарной мощностью 150-200 мегаватт без концентрирующих линз и до 1 гигаватт – с зеркалами Френеля. Около трети от ныне действующих 3200 МВт. На 1 кв км поверхности станции – около 200 Мвт мощности.

«В проект входит также производство высокочистых кремниевых панелей – 99.9995% Si – в объеме 1-2 тыс. тонн в год. Подходящих месторождений по всей Армении – бесконечность. Далее – производство  гелиостанций, а также несущих каркасов и крыш под гелиоустановки из композитного материала на основе базальта, устойчивого к коррозии гораздо больше металлов», – рассказывает Г. Караян. Последнее качество делает их отличными заменителями металлических опорных башен для ЛЭП. Для строящейся ЛЭП-400, третьей между Арменией и Ираном, ученый такую технологию предложил. И снова – холод... Эффективность не доказана. Найдите заводские условия для строительства, а не лабораторные.

А почему этих условий нет, спросим мы? Где, на чьем попечении опытно-экспериментальный завод Политехнического института? Но это – тема отдельная. А просимой суммы - $5 млн. – ученый не получил. Хотя проект вполне подходит для банка развития. Такой у нас, если помните есть. Не простой, а Всеармянский. Сочетающий красоту и скромность (офис – красивый, активы – скромные). Так что обо всем проекте тут и думать нечего: 400-500 млн. евро. Но себестоимость электроэнергии - солнечная мечта.  5-6 центов за квт.ч. По нынешнему курсу – 24 драма, то есть примерно посередине между нынешними дневным и ночным тарифами для населения (30 и 20 драмов). Плюс огромный экспортный потенциал. Электричества? Нет, самих станций. Стоимость установок - $400-500 за  киловатт мощности. Когда дело встало бы на поток – то и $100-200. «Представьте, какую выгоду получила бы страна, выгадывая в каждой электростанции хотя бы 100 долларов!». Причем станции были готовы покупать и Марокко, и Тунис, так как много лет назад правительство поначалу проект одобрило. Дело встало, но память запала так глубоко, что Марокко просило станции несколько лет, пока не установило у себя поточную линию для таких станций из США.

Проект остался на бумаге. Вместе с 2-3 тысячами рабочих мест и средней зарплатой в 250-300 тысяч драмов.

Ну, пусть бы жизнь внесла коррективы. Пусть не гигаватт, а сто мегаватт. Пусть не три тысячи, а тысяча рабочих мест. Лишь бы в деле, а не на бумаге.

 

Арам Гарегинян