Армении наука, безусловно, нужна, и двух мнений тут быть не может. У нас нет нефти, нет природных ресурсов, чтобы их экспортировать, надо использовать то, что есть: наше основное богатство - человеческий ресурс. Другой вопрос, умеют ли тут делать науку или нет. Об этом в беседе с корреспондентом Новости Армении – NEWS.am заявил бывший сотрудник ЕрФИ Сасун Геворкян, который уже более двух лет работает приглашенным экспертом в Институте Физики Академии Наук «Синика» в Тайване (Institute of Physics, Academia Sinica).

«Знаете, как сделала свой скачок вперед Южная Корея, у которой тоже нет никаких ресурсов? Ровно десять лет дети с паяльником в руке ходили в школу, паяльником друг другу романтические письма писали – так они развили электронику», - отметил ученый, добавив, что можно, конечно, выпросить помощь у всего мира, повесить все это на шею народа и будущих поколений – потом смыться, а дальше? «В первые годы демократии как Храбрые Назары кричали, мы разбогатеем, продавая обсидиан или продавая абрикосы, и где все это? Да, несколько семей на этом обогащаются, и пусть, и, Слава Богу, чем больше богатых, тем лучше. Но глобально, чего мы хотим? За счет чего мы хотим поднять страну, обогатить народ? Эти вопросы у нас так и не определены», - отметил мой собеседник.

По словам С. Геворкяна, мы дожили до того, что «в приличном обществе» стыдно на вопрос «чем ты занимаешься» ответить «я ученый»: «Мы дошли до того, что слова «я ученый» вызывают презрительную улыбку.  В такой ситуации страшно становится не только за судьбу интеллектуального труда, но и за судьбу страны. Куда мы идем?» Он считает, что гораздо честнее было бы заявить, что все это нам не нужно, и тогда ученые как-нибудь определились бы, что им делать. «Пусть лучше какой-нибудь «крутой» парень просто скажет: «давай отсюда, не до тебя мне», и все. А то ведут квазиинтеллигентные разговоры об основанном на знании обществе и дают 40 тысяч драмов создателю этих знаний. Меньше, чем путане, попрошайки и то больше имеют, и говорят, мы тебя любим «товарищ ученый». Честнее сказать: «иди, гуляй»», - заметил он.

По словам С. Геворкяна, образование и знание обесценены полностью, люди науки – самые низкооплачиваемые люди в стране, а говорится о том, что «мы создаем основанное на знании общество». «И что для этого делают? Дают молодому ученому зарплату вдвое меньше, чем у уборщицы метро. И эти дети тоже уже запутались и не знают, что делают. Начали движение «Дядя джан, дай деньги» (речь идет о движении молодых ученых «Требуем увеличения финансирования науки»). Мне было бы понятнее, если бы движение называлось «Дайте шанс заработать деньги». Я мужик, дайте мне шанс деньги заработать, и дальше, после такого старта идет мужской разговор. Дальше уже вперед идут сильные дети, а не чей-то сыночек появляется и говорит, теперь я раздаю деньги. Вектор надо другой поставить, в этой инициативе прекрасные дети были, те, кто начинали, но они оставили, уехали. В мире нет детской науки, нигде нет такого, есть наука сильных, мощных людей. Что за идея – детская наука? Самый легкий способ создания шкалы ценностей - это учет второстепенных вещей. Например - покажи свидетельство о рождении – молодец, если ты молодой или плохо, если ты старый», - сказал он. По его словам, в Армении и взрослых экспертов приличных особо нет, а тут вообще все это превратили в шутовство – дети решают, кому давать деньги, какую науку развивать. «По возрастному принципу (неважно - дети или старики) нигде ни в какой группе не должны ничего решать. Решать должны серьезные эксперты, независимо от возраста», - подчеркнул ученый из Тайваня.

Говоря о сумме, которая выделяется на финансирование науки, и о позиции властей, утверждающих, что больше дать не могут, С. Геворкян отметил, что правильно говорят, и у Армении есть столько денег на заказ науки. «Делайте что хотите, их столько. Что мы с остальными деньгами в стране делаем, это не ваше дело, пропиваем или солдату платим, или я дачу строю, не ваше дело - у вас денег столько. Потратьте ваши деньги правильно, покажите, что правильно используете существующий ресурс, и тогда я в процессе поедания кебаба подумаю, дать вам еще денег или нет. Я хозяин, я дяденька, я плачу столько», - объяснил по-своему позицию властей ученый и резюмировал: «Направленные на науку деньги у нас абсурдным образом разбазариваются».

«Начинать движение «Дядя джан, дай деньги» - это разговор, не имеющий финала, под конец к движению присоединяются дяденьки и говорят «не дам, и все». Покажи, что ты их правильно тратишь, а я попытаюсь увеличить. Нет никакого движения в том направлении, чтобы правильно тратить деньги. Есть грандиозное очковтирательство, создающее имитацию каких-то «действий». После пустозвонства о новой системе тематического финансирования науки имеем простой, но доказывающий мое утверждение факт. Экспериментальные и теоретические работы имеют одинаковую финансовую структуру. Это говорит о том, что организаторы работают «для отчета» и ничего не смыслят в проблемах организации науки. Система финансирования науки в Армении, которая есть, она будет тратить в 10 раз больше денег, чем дают, а результат будет тот же», - считает ученый.

Выход из сложившейся ситуации специалист, который уже более двух лет работает в Тайване, видит в том, чтобы включить в оплату труда ученых две составляющие, как, по его словам, делается во всем мире. Одна составляющая выплачивается за позицию (это за бывшие заслуги, медали, грамоты и т. д), другая – за реальную работу, за результат. В развитых странах высока составляющая за позицию, в развивающихся странах – за реальную работу. Различными пропорциями этих двух составляющих страны регулируют свои приоритеты в науке. «Вот наши академики в беседе с журналистками, на вопрос «а что вы сделали в науке?» с серьезным видом отвечают – у меня медаль «Дружба народов». Молодец, учтем твою медаль. Вот тебе такие-то деньги за позицию. Минимальные, на транспорт. А остальная высокая часть должна выплачиваться за работу, за конкретный результат. Список научных журналов есть, можно сделать распределение, сказать, за публикацию в этой группе журналов плачу столько, в этой – столько. То есть, если увеличить ту часть, которая выплачивается за результат, многие вопросы очень легко регулируются», - сказал С. Геворкян.

Отвечая на мое замечание о том, что инициатива «Требуем увеличения финансирования науки» именно это и предлагает – внедрить механизмы оценки работы ученого по публикациям в рейтинговых зарубежных журналах, С.Геворкян заметил, что эти дети стали хвататься за что попало, и признал, что в этом есть и его вина, поскольку он один из первых стал писать об индексе цитирования и пр., но дело, по его словам, не только в этом. «Есть первый автор, есть автор, который представляет статью в журнал, есть группа соавторов, заслуга которых уменьшается в зависимости от общего числа авторов. Если в группе соавторов из 150 человек где-то в конце затесалась армянская фамилия – это не дает никаких баллов. Это все пройденные этапы. Хочешь, чтобы в твоей стране развивалась конкретно эта отрасль, поощряй публикации в соответствующих журналах, но автора, а не последнего в списке. Есть коллаборационные работы, 13 страниц занимает только список авторов и в конце две армянские фамилии, и что?», - сказал он.

С. Геворкян при этом скептически относится к способностям научного руководства  Армении и чиновников от науки. По его словам, Госкомитет создал некий аналитический центр, и когда он прочитал анализ современного состояния науки на этом сайте, то у него чуть не случился эпилептический припадок. Там, по его утверждению, на первой странице, как основная информация, написано, что наукой в Армении занимаются столько-то человек, из них 53% мужчины, 46% – женщины, «А 1% - люди неизвестного пола? И это аналитики науки? И это не простая опечатка - там конкретные цифры стоят.  Я написал серию статей под заголовком «Господин премьер-министр, Вас обманули». Статьи были посвящены тому, что комитет науки пользуется неправильными данными. Они даже средний возраст считать не умеют, и делают анализ для правительства. Считают науку в расчете на душу населения. Это абсурд, - сказал он и продолжил, - 5 лет, без всякого вознаграждения и Академия наук, и Комитет науки получали от меня данные об армянской науке, взятые с платного сайта «Томсон Ройтерс». Сейчас создали какой-то центр, и вот результат глубокого «анализа». Трехполая армянская наука. Через не могу я дочитал аналитический опус этой конторы. Первая же проверка числа публикаций ЕрФИ и ЕГУ показала, что эти люди даже не научились пользоваться сайтом «Томсон». О каком анализе может идти речь?».

С. Геворкян в составе президентской контрольной службы проверял деятельность Госкомитета науки, и утверждает, что «пресловутую» систему экспертов Госкомитет создавал таким образом: автоматически записал в эксперты более 700 человек. «Всех руководителей тем автоматически записали в эксперты. Но это полбеды. Председатель комитета по науке лично следил, чтобы его враги не получали темы. На примере моей работы я конкретно показал, как рецензию на 100 баллов подменили на рецензию в 52 балла. И это сделали нагло, без особого труда. Бессмысленные комиссии утвердили эту аферу. У меня украли деньги, чтобы отдать своим. Об этом я писал в тех же статьях, адресованных премьеру. Ну и что думаете, кто пострадал? Только я и люди, которые по работе сотрудничали со мной. Если в конце все равно может вмешаться какой-нибудь чиновник и разрулить, кому давать деньги, кому нет, о какой экспертизе может идти речь. Конечно, наука - творческая деятельность, и нельзя все учесть в цифрах, всегда определенный субъективизм останется. Но и все сводить к субъективному тоже нельзя. Надо уметь считать, иметь систему и элементарную честность», - заметил он.

Безусловно, по словам ученого, развитие науки для Армении стратегическая задача. Более того, есть области, которые мы обязаны развивать, например, арменоведение. Физика, химия, биология, говорит он, проживут и без Армении, а вот арменоведение просто перестанет существовать.

По словам С. Геворкяна, чтобы поправить ситуацию в науке в Армении следует решить более глобальную проблему – поправить систему ценностей, научиться отличать хорошее от плохого. «Кто герой нашего времени – это тема не только для сочинений. Чего мы хотим, чего хотят дети, кем им стать, чтобы жить хорошо – эти вопросы не конкретизированы. На вопрос, кем надо стать в Армении, чтобы жить хорошо - ответа нет. Если человек букв не знает, а он – депутат, как нам объяснять ребенку, что в этой стране ценят знания? Есть нации, которые ставят глобальные вопросы – «зачем жить?». И ответы у них масштабные – чтобы завоевать космос, чтобы захватить одну шестую мира и т. д. К сожалению, мы как нация в последние несколько сот лет ставим вопрос «как жить?». Ответ на вопрос «как жить?» имеет свои пределы – пойду на работу, получу зарплату, буду жить, или «дядя джан, дай деньги», буду жить. На этот вопрос нет масштабного ответа. А постановка вопроса идет изнутри. Не случайно, что в странах, где есть нормальная государственная система, и нас мало, мы прекрасно интегрируемся и нормально живем. Но мы сами не создаем систему. Создающие систему нации – это совсем другая категория. Мы создали то, что смогли», - сказал он.

На мое замечание, что, фактически, вопрос науки решится сам собой, если будет создана правильная система, С.Геворкян отметил, что само собой ничего не решается, но после каких-то разумных шагов, хотя бы, станет ясно, как эту проблему решать. А пока в условиях существующей системы он предлагает собрать всех нормальных ученых (это легко проверяется по публикациям) в два института – естественнонаучный и гуманитарный, и платить им нормальную зарплату за показанный результат. «В Армении на науку выделяется $25 млн в год, для такой страны, как наша, это немалые деньги. Но результат на эти 25 млн – не более чем на 5 млн. Остальные деньги тратятся на абсурдные вещи. Дадим Погосу и Петику, чтоб голодными не остались – это функция министерства социального обеспечения», - заметил он. С.Геворкян предлагает разделить эти 25 млн на две части – 10 млн дать тем, кто работает, установить для них нормальную зарплату, а с 15 млн пусть делают, что хотят. «Создать два института, собрать по списку людей, которые умеют что-то делать. Это нетрудно сделать. А с остальными 15 миллионами делайте, что хотите, содержите Госкомитет науки, Академию, рассказывайте друг другу байки о великой науке (как Храбрые Назары), отчеты пишите, езжайте в командировки. В стратегии написано научно-исследовательский туризм – вот и занимайтесь этим туризмом. Собрания проводите, «Дружбой народов» награждайте, кушайте ваши 15 млн, а на остальные 10 млн дайте получить результат, который можно показать «дядям». В конце концов, богатые ребята в Армении – не профаны, лохов среди них нет. Он с образованием двух классов деньги сделал, а ты кинуть его хочешь? Приходишь, говоришь, давай в науку деньги вложим, это деньги принесет. Не будет отсюда никаких денег, во всем мире прекрасно знают, что фундаментальная наука денег не приносит», - заметил С. Геворкян.

Он также отметил, что для оптимизации научной системы следует сократить число отраслей – в конце концов, есть некие отрасли, которые в Армении развивать совершенно бессмысленно. Надо решить, какие сферы нам выгодно развивать, исходя из того, что у нас есть – например, с учетом горнорудной промышленности. Резюмируя, С. Геворкян еще раз подчеркнул, что самое главное – это определить гиперцель, чего мы хотим от «бедной науки» и кто герой нашего времени.

Анаит Саркисян