Турция продолжит отношения с Иракским Курдистаном в обход Багдада. К такому выводу приходит эксперт польского Центра восточных исследований (OSW) Шимон Ананич в статье «Продолжение турецко-израильского политического кризиса».

7 ноября, не называя причин, правительство Ирака отказалось разрешить турецкому нефтяному госконцерну TPAO поиск нефти в районе Басры. Консорциум, куда входила TPAO, в мае получил 20-летнюю лицензию на добычу, но TPAO пришлось продать свою долю в 30%. Перед этим премьер-министр Ирака Нури Аль-Малики заявил о желании укрепить экономические взаимоотношения с Турцией – при условии, что Анкара не станет вмешиваться во внутренние дела его страны  и не будет нарушать воздушного пространства Ирака. В это самое время Турция совершала налеты на партизанские позиции Курдской рабочей партии в Северном Ираке.

Чего ждать дальше? По мнению эксперта, решение Багдада не отменит присутствия турецкого госконцерна в Ираке, где он участвует еще в четырех проектах по поиску и добыче. Тем не менее, поведение иракских властей показывает, что экономические связи с Анкарой для них не важнее собственных политических требований. Это создает риски для турецких инвестиций в Ираке – втором потребителе турецкого экспорта (более $8 млрд. в 2011 г. До 80% торгового оборота, по разным оценкам, сконцентрировано в автономии Курдистана). Ирак – это и важное направление для турецких инвестиций. Развитие ситуации в таком ключе может создать угрозы для экономических интересов Анкары в Ираке, особенно в секторе энергетики, который в Ираке полностью регулирует государство.

Шаг иракского правительства стал очередным витком политического кризиса Анкара – Багдад. Турция (суннитская - Ред) обвиняет шиитское правительство Малика в авторитаризме и попытках внутриполитической гегемонии, путем оттеснения суннитов, находящихся в относительном меньшинстве. Еще одно обвинение – поддержка режима Асада в Сирии. Багдад, в свою очередь, не приветствует политику Турции: поддержку иракской оппозиции и контакты с Иракским Курдистаном в обход центральной власти. Кризис обострился в 2001 г., когда Турция предоставила убежище суннитскому вице-президенту Ирака Тарику аль-Хашеми, заочно приговоренному к смерти. Отношения еще более ухудшились в мае, когда Турция заключила контракт на поставку и рафинирование нефти с Эрбилем (столица Курдистана) в обход Багдада.

С одной стороны, экономическая важность Иракского курдистана для Турции очевидна. С другой – нужно помнить, какое значение он имеет для PKK, основные лагеря которой находятся в Северном Ираке. Исходя из этого, можно ожидать, что Турция продолжит строить отношения с Курдистаном в обход Багдада. Поэтому не нужно ожидать, что Анкара прекратит поддержку суннитского меньшинства, равно как и того, что она выдаст Ираку Хашеми. Следовательно, трения неизбежны, а с ними и селективный подход Багдада в отношении турецких фирм, в том числе энергетических. Но в автономии Курдистана влияние Багдада ограничено, что может смягчить его удар.