Новости Армении – NEWS.am приводит статью директора Московского центра Карнеги Дмитрия Тренина, опубликованную в американском журнале «The National Interest», со значительными сокращениями:

Президентские выборы 25 мая на Украине ознаменовали конец начала в Украине, но это не конец истории, которая будет и дальше развиваться и, возможно, будет еще более жестокой. Тем не менее выборы и их результаты дают Украине больше шансов избежать полномасштабной гражданской войны и объединиться, даже в то время, когда она борется с текущими и будущими трудностями.

Украинским кризисом закончилась эпоха взаимодействия после окончания «холодной войны», которая так и не смогла завершиться интеграцией между Западом и Россией. Приведя к ошеломляющему повороту назад, кризис открыл период интенсивной геополитической конкуренции, соперничества и даже конфронтации между Москвой и Вашингтоном, а также между Москвой и Брюсселем.

Зоной конкуренции вновь является Восточная Европа – только на этот раз дальше на восток от ее тезки времен «холодной войны». В регионе, который включает Украину, Молдову, Грузию, Армению, Беларусь, Азербайджан, а также непризнанные Приднестровье, Абхазию, Южную Осетию и Нагорный Карабах, образовались линии разлома как внутри стран, так и между ними. Некоторые из этих стран, как Грузия, склоняются к Европейскому Союзу, а другие, такие как Беларусь,– к России. Некоторые государства являются полем боя, и есть одна обособленная страна – Азербайджан. «Серая» буферная зона между Европой и Россией, которая существует еще со времен распада Советского Союза, разваливается.

Россия поворачивается от Европы и Запада. Она поворачивается к себе как к уникальной цивилизации, которая связана с Западной Европой, но отдельна от нее. Россия также поворачивается к своей бывшей империи в Евразии, которая была реконструирована в союз экономики и безопасности под руководством России. Наконец, она поворачивается к Китаю, который рассматривается как новый центр мировой экономической и политической власти.

Все эти изменения происходят в атмосфере усиливающейся конкуренции. Революционный переворот в Киеве, поддержанный Вашингтоном, был истолкован в Москве как прелюдия к возможному вступлению Украины в НАТО. Президент Путин ответил переворотом в Крыму, в результате чего полуостров вошел в состав России. Американо-российская драка из-за Украины стала первым случаем открытого, великодержавного столкновения с конца «холодной войны».

В этой новой конкуренции Европа является одновременно и игроком в качестве союзника Америки по НАТО, и зоной конкуренции в силу своих особенностей. Европейцы разделены по своему отношению к России. Те, кто географически ближе и еще не оправился от советской эпохи, более осторожны, чем те, кто находится дальше и более спокоен. Политические элиты с небольшими интересами в России более критичны, чем бизнес-круги, которым есть что терять. А элементы, выступающие против Европейского Союза и против США, считают Путина своим союзником.

Хотя новое соперничество ограничивается относительно небольшим регионом и имеет периферийное значение для ключевых интересов Соединенных Штатов и даже Европы, оно имеет последствия для всего мира. Сдвиг России на восток, который укрепляет ее союз с Китаем, набирает все большую стратегическую глубину. Газовое соглашение между Китаем и Россией, подписанное в Шанхае 21 мая, воплощает и символизирует новое качество отношений между Москвой и Пекином.

Что касается Соединенных Штатов, то их внешняя политика может быть настолько эффективной, насколько позволяют ресурсы. Будь то на Украине, в НАТО или на Ближнем Востоке, Вашингтон стал ограничивать свои аппетиты. Это в большей степени приводит к созданию поля с равными условиями игры.