Новости Армении – NEWS.am приводит статью работающего в Дипломатической школе Армении специалиста по международным отношениям Андраника Исраеляна, опубликованную в «Foreign Policy Journal», со значительными сокращениями:

В марте 2003 года Реджеп Тайип Эрдоган стал премьер-министром Турции, заменив Абдуллу Гюля. Последний занял пост министра иностранных дел. А Ахмеда Давудоглу пригласили стать главным советником премьер-министра по внешней политике. Этот триумвират должен был формировать турецкую внешнюю политику в предстоявшее десятилетие. «Армянское открытие» стало одним из сложнейших задач для этих творцов внешней политики Анкары.

Эрдоган – выпускник религиозной школы имама Хатипа и бывший полупрофессиональный футболист – был самой влиятельной фигурой тройки, но играл относительно пассивную роль в формировании внешней политики Турции. Это лучше всего объясняется его узким мировоззрением. Главный советник Эрдогана, Ибрагим Калин, позже описал его как политика, а не как дипломата, причем как политика с плохим пониманием международных отношений. Его тирады и полные ненависти выступления даже привели к разрыву отношений Турции с Израилем, Египтом и Сирией.

Абдулла Гюль, выпускник Эксетерского университета в Великобритании, всегда был добропорядочным человеком. Когда в 2003 году министр иностранных дел Абдулла Гюль встретился со своим армянским коллегой Варданом Осканяном и выразил готовность начать процесс нормализации отношений без предпосылок, это удивило высшего дипломата Армении. Однако спустя месяцы Гюль признался Осканяну, что интенсивные дебаты в турецком руководстве привели к выводу, что интересы Азербайджана невозможно обойти. Это, пожалуй, был первый раскол между идеологами и прагматиками в вопросе «армянского открытия».

Уже будучи президентом в 2008 году, Гюль принял приглашение от президента Армении Сержа Саргсяна посетить Ереван. Это было началом того, что во внешнеполитических кругах стали называть «футбольной дипломатией». Гюль был движущей силой «армянского открытия» в Турции, а его министр иностранных дел Али Бабаджан был отличным кандидатом для рутинной работы.

Когда эти прагматики толкали процесс вперед, идеологи Турции не колеблясь стали вмешиваться и сеять смуту. И они сделали это быстро. В мае 2009 года Бабаджана сменил Ахмед Давудоглу. После вступления в должность главы МИД Давудоглу, по словам высокопоставленного американского дипломата Дэвида Филлипса, бросился составлять армяно-турецкие протоколы. Через несколько дней после назначения Давудоглу Эрдоган отправился в Баку, чтобы развеять азербайджанские опасения по поводу нормализации армяно-турецких отношений. То, что произошло дальше, было немыслимо для Гюля и Давудоглу. Не обратив внимания на инструкции МИД, Эрдоган заявил, что границы с Арменией не откроются до тех пор, пока армянские войска не выйдут из всех «оккупированных территорий Азербайджана». По иронии, «футбольная дипломатия» была уничтожена не кем иным, как бывшим футболистом, из-за его отвращения к дипломатии.

В этом контексте новый министр иностранных дел Мевлют Чавушоглу не имеет другого выбора, кроме как обвинять Армению в срыве процесса нормализации и возлагать вину на армянскую диаспору за потускневший образ Турции за рубежом.