На вопросы корреспондента Новости Армении – NEWS.am ответил старший научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений ИМЭМО РАН, кандидат философских наук Виктор Надеин-Раевский.

Виктор Анатольевич, Армения и Турция предпринимают историческую попытку примирения, результатом которой должно стать налаживание межгосударственных отношений. Насколько, по вашему мнению, искренна Турция в этом процессе? Насколько серьезна ее заинтересованность в успешном исходе этого процесса?

Турция ведет многоплановую политику, и эта политика далеко не так прозрачна, как турки хотят показать. С другой стороны — это многоцелевой удар. Удар, потому что он ломает сложившиеся стереотипы в турецком обществе и государстве. Процесс достаточно сложный, и его приходится время от времени отыгрывать назад, из-за позиции Азербайджана, и из-за различных подходов в самом турецком истеблишменте. Согласия полного нет. Но самое главное — на что нацелена эта борьба? Прежде всего, конечно, это Европа, это стремление открыть широкую переговорную нишу и в итоге вступить в ЕС. Данный приоритет в Турции никогда не сбрасывают на второй план. И это, конечно, очень важно.

В этой связи турки нашли очень интересные сферы давления на Европу. Предпринимаются серьезные попытки заинтересовать Европу идеей энергетического «хаба» (узла), в роли которой может выступить Турция, возможностью прокладки альтернативных трубопроводов. Таким образом, Турция, конечно, займет очень серьезное место в европейской политике, имея все шансы опередить Украину.

При этом, конечно, турки не забывают и о себе. Пятнадцать процентов в проекте общеевропейского газопровода NABUCCO – звено в цепи приоритетов Анкары. Здесь же – намерение урегулировать отношения с армянами, кипрская проблема, отношения с греками, демократизация и решение курдской проблемы, задача устранения армии от политики. Это очень серьезная и комплексная программа, и турецкие руководители идут к ее решению ступенька за ступенькой. Именно поэтому я и считаю, что намерение Турции нормализовать отношения с Арменией – это не профанация.

Что ожидает Турцию в случае провала процесса армяно-турецкого примирения?

В случае неудачи, конечно, будет поставлена под сомнение та комплексная программа, о которой я говорил. Ну и останется закрытой граница. Кстати говоря, тот факт, что граница с Арменией не работает, в определенной степени негативно влияет и на Турцию.

Армянская территория могла бы стать удобной для связи с регионами и прокладки трубопроводов. Такие планы есть. С этой точки зрения туркам не очень хочется быть заложниками азербайджанской политики. Да, будучи союзниками и братьями, как они выражаются, турецким политикам хочется иметь свободу рук. Это чувствуется. Причем есть вещи, о которых они прямо не говорят. Но Азербайджан пытается отыграть назад, и такие попытки Баку в значительной степени мешают Турции.

Бытует точка зрения, что налаживание армяно-турецких отношений и разблокирование границы между двумя странами, негативным образом скажется на позициях России в Армении и регионе. Насколько она оправдана?

Страхи России в значительной степени преувеличены. Идеальными отношения между Арменией и Турцией не будут никогда. Турки не признают армянский Геноцид, будут искать промежуточные решения. Никуда не денется и внутренняя оппозиция в двух странах, которая будет постоянно актуализировать факт векового противостояния.

Армения же должна иметь надежные тылы, фундамент. И иного фундамента, кроме России, просто не существует. С Америкой вы сами знаете, что может произойти. Соседняя республика (Грузия – NEWS.am) строила с США очень тесные отношения и связывала большие надежды. Чем все это кончилось, мы все видели. Из-за океана у Вашингтона руки коротки, а Турция рядом, и она всегда будет представлять непосредственную опасность. Поэтому Армении надо играть на балансе. Армянская политика не будет простой. Она и сейчас достаточно разветвленная и интересная. И в этой политике российский фактор всегда будет нужен и важен для правящего в Армении класса.

А каковой вам видится позиция Ирана в связи с перспективой разблокирования армяно-турецкой границы?

У Ирана всегда свои многоплановые интересы в любой точке мира. Важное место в этих интересах занимают вопросы безопасности. Мы все помним момент, когда шла речь о возможности размещения израильских ВВС на территории Грузии. Конечно, в интересы Ирана такие варианты не входили и не входят сейчас. Иран явно заинтересован в развитии отношений с Арменией. Но этот интерес не может быть определяющим. Сегодня иранская сторона — монополист в южном транзитном направлении для Армении. Можно ожидать, что с открытием армяно-турецкой границы заинтересованность в развитии связей с Ираном у Армении ослабнет. Может быть и изменение позиции по иранской ядерной программе, хотя в этом вопросе, конечно, слово Армении не решающее. Здесь играют крупные центры силы.

Тем не менее, Иран заинтересован в союзниках на Южном Кавказе, и как он будет выстраивать свои позиции – это, конечно, вопрос. Я не думаю, что иранцы откажутся от отношений с Арменией. И многовекторный курс армянской стороны тоже никуда не денется, более того, он сейчас становится уже реальным. Много вопросов в этом плане предстоит решать Еревану. Пришло время для выработки взвешенной позиции.

Как вы думаете, в какой модели турецкое государство постарается решить курдскую проблему?

Моделей по курдам было много. Нынешнее правительство Эрдогана в общем-то предлагают курдам достаточно широкую культурную автономию. Но вопрос этот дебатируемый. Речь также идет о праве курдов создавать политические партии — не формальные, которые считают террористическими и сепаратистскими, а реальные, втянутые в политический процесс. И есть ощущение, что среди курдов, официально участвующих в политике, есть люди, готовые идти на значительные уступки в принципиальных вопросах.