Турция усиливает свое влияние в Северной Африке, вмешиваясь в раздираемую войной Ливию и используя «мягкую силу», торговлю и инвестиции в Тунисе, Алжире и Марокко, пишет AFP.

В то время как дроны турецкого производства выиграли битвы в Ливии, ее мыльные оперы и другие культурные продукты завоевали сердца и умы в странах Магриба, некоторые из которых когда-то были частью Османской империи.

Президент Реджеп Тайип Эрдоган в последние годы утверждал, что Анкара играет роль регионального игрока, ведя спарринги с Грецией и Европейским союзом, а также с Россией и странами Персидского залива. Его готовность противостоять бывшим европейским колониальным державам, особенно Франции, и представить себя защитником мусульманского мира снискала ему уважение многих в Северной Африке и других странах, говорят наблюдатели.

Растущее влияние Турции в Магрибе является результатом «неоосманской и панисламской» внешнеполитической стратегии Эрдогана, считает историк Пьер Вермерен из Сорбоннского университета.

«Это действительно началось в 2011 году во время арабской весны», и Турция поддержала исламские движения, такие как «Братья-мусульмане», сказал он. «В 2020 году произошло внезапное усиление турецкого влияния, которое теперь напрямую связано с вмешательством в Ливию, в результате чего турецкие солдаты и наемники оказались на границах Алжира и Туниса».

Сети, поддерживаемые Анкарой, продвигают Турцию «через социальные сети и прессу», - отметил Вермерен.

Политический аналитик Али Бакер из Анкары согласен с тем, что «Турция стремится укрепить свои отношения со странами региона Магриба в рамках своей стратегии в Африке». «Турецко-алжирские отношения быстро развиваются. Между тем взаимные интересы между Турцией и Ливией развиваются день ото дня. Что касается Туниса и Марокко, Турция пытается сосредоточиться на взаимной экономической выгоде».

Влияние Турции было наиболее драматичным в богатой нефтью Ливии, которая была ввергнута в хаос после того, как в 2011 году восстание при поддержке НАТО было подавлено и привело к убийству диктатора Муамера Каддафи.

Помощь Анкары в виде военных советников, техники и наемников оказалась решающей в этом году, когда она спасла признанное ООН Правительство национального согласия.

Турция помогла базирующемуся в Триполи ПНС отразить наступление сил, верных генералу Халифе Хафтару, которого поддерживают Египет, Объединенные Арабские Эмираты и Россия.

Это также помогло Турции в другом вопросе - конкуренции с Грецией и Кипром за оффшорные месторождения газа после того, как Анкара подписала сделку с  ПНС, претендуя на обширные морские территории.

Эмадеддин Бади, аналитик Global Initiative Network, отметил, что «Турция пытается использовать свои военные инвестиции для влияния». «У Турции ь самая большая военная база на границе с Тунисом, военно-морская база и лагеря, населенные сирийскими наемниками», - сказал аналитик Джалель Харчауи.

Во вторник парламент Турции санкционировал продление на 18 месяцев развертывания своих войск в Ливии.

Вермерен сказал, что «в Ливии Турция зарекомендовала себя благодаря «жесткой силе». «В остальной части Магриба, возможно, это «мягкая сила», но все же с крупной экономической артиллерией».

В странах к западу от Ливии Турция сосредоточила внимание на торговле и инвестициях.

Более 1200 турецких компаний открыли магазины в Алжире, стране, которую Эрдоган посетил в начале этого года и также помог с медикаментами от Covid-19.

Турция стала третьим по величине импортером алжирской продукции, и две страны стремятся увеличить объем торговли до 4,1 миллиарда евро в год.

Что касается другой деятельности, Турция в последние годы помогла восстановить мечеть Кетчауа в Алжире времен Османской империи.

Турецкий импорт в регион Магриба резко вырос, особенно текстиль «Сделано в Турции», который вытесняет товары местного производства. «Турки наводнили текстильный рынок и убили многие марокканские бренды», - сказал один производитель. В Тунисе предприятия также пострадали от дешевых турецких товаров.

Однако есть еще один источник привлекательности для многих в регионе - сам Эрдоган, который поддерживал «Братья-мусульмане», даже несмотря на то, что Египет и некоторые другие арабские страны называют их «террористической организацией».

По словам Вермерен, на фоне растущего числа молодых людей в Северной Африке, которые борются с растущей безработицей, усугубленной пандемией, Эрдоган завоевал широкое уважение. По словам историка, глава турецкого государства заимствует традицию, восходящую к Египту Гамаля Абдель Насера, как «еще одного средиземноморского лидера, который оскорбляет Европу и выдает себя за защитника мусульман». Харчауи согласился, что такой подход нравится многим молодым людям Магриба, полагая, что «часть молодежи видит в турецком примере модель независимости».