Президент Реджеп Тайип Эрдоган уже давно натравливает Россию и Запад друг на друга, чтобы получить лучшую сделку для себя, но по мере того, как Россия стремится к победе на Украине, он оказывается в проигрыше, пишет аналитик Димитар Бечев в статье для Politico.

«Хотя прошло меньше недели, война в Украине уже изменила лицо Европы — в худшую сторону.

Помимо непосредственного конфликта, одной из наиболее пострадавших стран является Турция, которая долгое время извлекала выгоду из прочных связей как с Москвой, так и с Киевом. Хрупкое балансирование Анкары между двумя ее партнерами становится все труднее поддерживать, поскольку боевые действия усиливаются, а Запад усиливает давление на президента России Владимира Путина. Как член НАТО и региональный тяжеловес, Турция находится под сильным давлением, чтобы наконец выбрать сторону.

В настоящее время Турция получает около трети своих поставок природного газа из России. И хотя Путин и президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган часто соревнуются, они также сотрудничают в операциях в Сирии, Ливии и на Южном Кавказе. В 2019 году Анкара также закупила у России ракеты С-400, и это решение с тех пор отравило ее отношения с Соединенными Штатами.

Турция также ведет активную торговлю с Украиной и имеет амбициозные планы по развитию оборонно-промышленного сотрудничества между двумя странами, при этом беспилотники турецкого производства, закупленные Украиной, в настоящее время наносят удары по российским войскам. Турция также считает себя родственным государством крымских татар и открыто осуждает аннексию полуострова с 2014 года.

После попыток добиться и того, и другого в дни, предшествовавшие вторжению в Украину, Турция уже предприняла некоторые шаги, чтобы бросить вызов России. Во-первых, она закрыла проливы Босфор и Дарданеллы для военных кораблей, воспользовавшись своими правами по Конвенции Монтрё 1936 года на случай войны.

После обращения к Эрдогану со стороны президента Украины Владимира Зеленского этот шаг также приветствовали Соединенные Штаты, хотя он имеет в основном символические последствия. Черноморский флот России уже развернут, и даже если бы это было не так, Монтрё позволяет кораблям вернуться в порт приписки. Тем не менее закрытие проливов не позволяет русским отправлять дополнительные корабли из восточного Средиземноморья.

Турция также активизировала свою дипломатию, чтобы соответствовать своей более агрессивной позиции. Во-первых, министр иностранных дел Мевлют Чавушоглу охарактеризовал конфликт как войну, что противоречит российскому нарративу о «спецоперации». За этим последовала пламенная речь постоянного представителя Турции в ООН Феридуна Синирлиоглу, в которой он заявил, что международное сообщество обязано защищать беспомощных мирных жителей. Эрдоган назвал российское вторжение «неприемлемым», а государственная телекомпания TRT также занимает критическую позицию в отношении России, восхваляя смелое руководство Зеленского.

Однако Турция по-прежнему не отказывается от России. Анкара не присоединилась к западным экономическим санкциям и не закрыла воздушное пространство Турции для России. Новых партий вооружения и материалов в Украину она также не отправляла.

Риторика  Анкары в том, что Турция является лояльным членом НАТО, но также должна заботиться о своих национальных интересах. На практике это означает, что Эрдоган все еще пытается стать посредником между Москвой и Киевом.

Впервые он сделал это предложение во время визита в Украину в начале февраля. Теперь, когда первый раунд переговоров между двумя сторонами, состоявшийся на украинско-белорусской границе, не привел к прекращению огня, он обсуждает этот вопрос и с президентом Беларуси Александром Лукашенко. Что еще более важно, Зеленский уже упомянул Стамбул как потенциальное место для переговоров.

У Эрдогана есть веские причины работать над деэскалацией — и это в основном экономические. Война уже наносит ущерб экономике России, поскольку санкции обрушивают курс рубля, и это обязательно затронет Турцию, которая зависит от России в плане доходов от туризма, а также экспортного рынка строительных услуг и сельскохозяйственных товаров. Всплеск цен на энергоносители окажет еще более разрушительное воздействие на простых турок, чьи доходы и сбережения уже были съедены безудержной инфляцией в этом году.

Не будем забывать, что Эрдоган борется за переизбрание в 2023 году. Последнее, что ему нужно, — это война вкупе с экономическим кризисом. И еще страшнее для турецкого лидера перспектива вовлечения НАТО или того, что Россия выпустит волну беженцев из Сирии.

Беда в том, что Путин не проявляет никаких признаков смягчения.

Путину нужна военная победа, а не решение. Как только он возьмет украинскую столицу, он, возможно, захочет снова поговорить с Западом. Но он будет ждать телефонного звонка от президента США Джо Байдена, а не от Эрдогана или президента Франции Эммануэля Макрона.

Эрдоган хотел бы видеть Турцию движущей силой европейской геополитики. Балансируя между Россией и западным альянсом, турецкий лидер уже давно натравливает их друг на друга, выжимая для себя лучшую сделку.

Конечно, нет ничего плохого в том, чтобы Турция играла в миротворца. Учитывая шанс, мы все должны надеяться, что Эрдоган добьется успеха. Однако для того, чтобы это произошло, Украина сначала должна быть в состоянии остановить натиск России с помощью Запада. Пока Путин думает, что может победить, он не прислушается к призывам Эрдогана к сдержанности».