Есть ли у Америки цель или стратегия в вопросе Украины? Министр финансов Джанет Йеллен объявила, что «Большая семерка» согласилась ввести режим ограничения цен на российскую нефть. Как и в случае с большинством других действий США и Европы, связанных с войной в Украине, объявление о введении ограничения было наполнено риторикой, но лишено каких-либо свидетельств последовательной стратегической цели, пишет портал 19fortyfive.com.

Цель ограничения — установить глобальную цену чуть выше предельных издержек России, чтобы Москва не получала прибыли от продажи нефти, но достаточно высокую, чтобы Россия не прекратила добычу полностью. Текущий мировой спрос не может быть удовлетворен без почти девяти миллионов баррелей нефти в день, поставляемых Россией, и если Владимир Путин внезапно прекратит добычу, вызванный этим шок предложения может отправить цены на нефть в стратосферу.

Цель ограничения, заявила Йеллен, будет заключаться в том, чтобы «нанести серьезный удар по российским финансам, и одновременно помешает России вести неспровоцированную войну в Украине и ускорит ухудшение состояния российской экономики». Еще неизвестно, сможет ли «Большая семерка» реализовать свое стремление и действительно разработать и внедрить всемирную схему ограничения цен. Но наряду с другими действиями, спонсируемыми или поддерживаемыми правительством Соединенных Штатов, далеко не факт, на какую конечную цель надеется Вашингтона».

Как отмечает автор, 7 февраля, примерно за три недели до начала войны в Украине, Байден пригрозил «ввести самые суровые санкции, которые когда-либо применялись» в случае вторжения России. Четыре дня спустя советник по национальной безопасности Джейк Салливан объяснил, что Байден «считает, что санкции предназначены для сдерживания. И для того, чтобы они работали, должны быть настроены таким образом, что, если Путин двинется, были навязаны издержки».

«Однако после того, как угрозы санкций не смогли сдержать Путина, Байден скорректировал обоснование, заявив, что на самом деле «никто не ожидал, что санкции что-то предотвратят». Вместо этого, продолжил он, санкции были разработаны, чтобы продемонстрировать «решимость» Запада, которая со временем «повлечет значительные расходы» для Путина. Даже с этим новым заявлением не было никакого объяснения того, для чего были предназначены эти «значительные затраты». К сожалению, на этом невнимательность администрации не закончилась.

В конце апреля министры обороны и госсекретарь Ллойд Остин и Энтони Блинкен отправились в Киев, чтобы встретиться с президентом Украины Владимиром Зеленским, чтобы обсудить, как США могут помочь украинским военным. После их встречи Остин сказал, что Соединенные Штаты хотят, чтобы Украина оставалась «суверенной страной», и что США хотят «увидеть, что Россия ослаблена до такой степени, что она не может делать то, что она сделала во время вторжения в Украину». Однако именно то,  о чем промолчали Остин, Блинкен и Байден, иллюстрирует сохраняющуюся проблему американской внешней политики.

На сегодняшний день ни один из высших руководителей Америки не сказал, что наша поддержка Киева приведет к желаемым результатам. Никто не сформулировал, как выглядит «ослабленная» Россия или как мы узнаем, когда этот стандарт будет достигнут, или даже почему ослабление России является жизненно важным интересом для США и стоит ли идти на огромный риск. Это не просто академические или щекотливые вопросы. Они основополагающие. Вот почему:

Еще до начала войны у Соединенных Штатов не было видения конечного состояния, к которому они стремились. Например, если цель Байдена до 24 февраля действительно состояла в том, чтобы удержать Россию от начала войны, то вне разумных сомнений должно было быть ясно, что одной угрозы санкций было бы недостаточно, чтобы убедить Путина.

Вашингтону пришлось бы вести агрессивные дипломатические отношения как с Киевом, так и с Москвой, чтобы использовать всю мощь США для поиска пути предотвращения войны. Нет никаких доказательств того, что США прилагали какие-либо серьезные дипломатические усилия для предотвращения войны. Без четко сформулированной цели не было ничего, что могло бы направить различные отделы администрации в отношении того, как достичь желаемого результата. Результат был предсказуем: провал политики.

Практически единственной целью, озвученной любым членом команды Байдена по национальной безопасности с начала войны, было вышеупомянутое желание Остина «ослабить» Россию. Тем не менее, если Белый дом не знает, как выглядит ослабленная Россия, как он узнает, способствуют ли ее действия успешному результату, выгодному для Америки? Вот где мы сейчас находимся.

Мы направляем Украине многомиллиардную поддержку, в том числе современное и устаревшее снаряжение, но это не согласованный набор военного снаряжения, связанного с обеспечением определенного потенциала Вооруженных сил Украины. Белый дом вводит несколько пакетов санкций против России, но нет объявленной цели того, для чего они предназначены.

Поскольку мы не знаем, чего пытаемся достичь, никто не может сказать американскому народу, сколько будут стоить эти усилия, как долго они продлятся или даже как будет выглядеть успех. Если это звучит знакомо, то так и должно быть: по сути, это та же самая бесцельная и некомпетентная внешняя политика, которую Соединенные Штаты проводят десятилетиями.

- Мы вели войну поколений в Афганистане, которая не удосужилась поставить цель; никто во власти даже не сформулировал, как будет выглядеть успех, и, таким образом, ни одна победа никогда не была достигнута;

- Мы начали войну в Ираке  в 2003 году, которая почти закончилась в 2011 году, только для того, чтобы снова вернуться в 2014 году - без президента, который удосужился поставить достижимую военную цель или даже сформулировать, для чего это нужно, чтобы американский народ мог знать когда операция могла успешно завершиться – и продолжается она безуспешно и до сих пор.

- У нас была та же ситуация в наших действиях в Сирии, Ливии, Сомали, Нигере и многих других местах в Африке: правительство не определило никаких достижимых военных целей, выполнение которых принесло бы пользу нашей стране и означало бы конец миссии - и таким образом, ни одна из них не принесла пользы США, и большинство из них по-прежнему безуспешно буксирует.

Цена для Соединенных Штатов за все эти неудачи была огромной — и теперь мы создаем новую миссию без четкой цели и без определенного конечного результата. Российско-украинская война только что перешагнула шестимесячный рубеж. Опасность не столько в том, что мы все еще пытаемся угадать цели администрации, сколько в том, что эта война однажды может выйти за пределы Украины и втянуть нас в войну, на которой мы никогда не должны были воевать и из которой мы никогда не сможем извлечь выгоду».