Лимитированная война — это форма ведения войны, ограниченная проявлением преднамеренного сдерживания в применении силы и преследованием военно-политических целей, исключающих уничтожение. В Украине все стороны были заинтересованы в том, чтобы избежать применения ядерного оружия, и, вопреки западному мнению, цели Москвы, возможно, ограничивались уничтожением враждебных украинских сил («денацификация») и созданием нейтрального украинского государства, пишет американский полковник в отставке Дуглас Макгрегор в своей статье для American Conservative.

«На Ближнем Востоке ситуация совершенно иная. Когда на рассвете 7 октября боевики ХАМАС атаковали хорошо укрепленную границу Израиля, первая волна из примерно 1000 боевиков продвинулась под завесой ракетного огня, используя мотоциклы, пикапы, парапланы и скоростные катера, израильские силы были шокированы. Али Барака, высокопоставленный представитель ХАМАСа, заявил в интервью 8 октября: «Мы заставили их думать, что ХАМАС занят управлением Газой, хочет сосредоточиться на 2,5 миллионах палестинцев [в Газе] и полностью отказался от сопротивления».

В последующие дни 3000 боевиков, в том числе неизвестное число из Палестинского исламского джихада (ПИДж), проникли на территорию Израиля, убив по меньшей мере 1300 израильтян и ранив около 3500. Последующие трансграничные рейды в Газу показали, что некоторые из похищенных израильтян были казнены после входа в Газу.

Скорость, координация и эффективность операции ХАМАС были неожиданными, но ужасающий ущерб, который боевики ХАМАС нанесли населению Израиля, не был удивительным. ХАМАС существует с одной целью: терроризировать и убивать евреев с целью разрушения Государства Израиль.

В ответ премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху объявил войну и мобилизовал 360 000 резервистов, чтобы сформировать армию численностью от 470 000 до 500 000 человек. Нетаньяху, очевидно, полон решимости преподать долгосрочный наглядный урок, который сокрушит ХАМАС в секторе Газа и, вероятно, устранит любые дальнейшие разговоры внутри палестинского населения о «решении о двух государствах». Газа уже уничтожена с воздуха, и теперь все готово для битвы на уничтожение. Вопрос: чье уничтожение?

Ярость Израиля оправдана и широко разделяется американцами. Как и израильтяне, американцы склонны рассматривать терроризм через призму пиратства XIX века: «пощады не будет».  В условиях тотальной войны Женевская конвенция не может применяться к террористическим силам ХАМАС. Но как долго Силы обороны Израиля (ЦАХАЛ) смогут вести тотальную войну, лишая арабское население Газы еды и воды, не создавая при этом огромной гуманитарной катастрофы, о которой долгие годы будут говорить в новостях?

Можно ли уничтожить ХАМАС и его руководство, не убивая при этом большое количество мирных жителей, которые, возможно, ненавидят израильтян, но не имеют никакого отношения к ХАМАС? Разве не служит целям Хамаса то, что ЦАХАЛ увязнет в бессрочном полномасштабном наземном вторжении в сектор Газа, поскольку городской конфликт неизбежно повлечет за собой гибель невинных людей? Не кажется ли зловещим то, что ХАМАС призывает население Северной Газы оставаться в руинах города?

Американцы поддерживают Израиль, но многие не убеждены, что убийство большего количества арабов в секторе Газа решит проблему безопасности Израиля. У американцев также есть сомнения в отношении ультранационалистических чиновников израильского правительства, министра финансов Бецалеля Смотрича и министра национальной безопасности Итамара Бен-Гвира. Многие считают, что эти люди вдохновляют еврейских экстремистов.

Эти вопросы и опасения могут объяснить, почему Израиль торопится перенести войну в сектор Газа. Если появятся российские войска, чтобы помочь Египту и Турции создать гуманитарный коридор, в секторе Газа будут находиться российские и турецкие войска, которые будут защищать распределение гуманитарной помощи. Опередить прибытие русских, турок и египтян имеет смысл.

Несмотря на эти моменты, сегодняшний Ближний Восток сильно отличается от Ближнего Востока в 1973 году. Технологии изменили методы ведения войны, но, что более важно, общества и государства исламского мира также изменились. Египет, Сирия, Ирак, Ливан, Иран и Турция по своему характеру отличаются от тех, которыми они были в 1970-е годы. Ни одно из государств, граничащих с Израилем, не потерпит изменений в численности населения, которые приводят к появлению большого количества палестинских арабов в их обществе. Европейцы хотят их еще меньше.

Национальные лидеры Ирана уже призвали исламские и арабские страны сформировать единый фронт против Израиля, но влияние Ирана в этих вопросах более ограничено, чем думает большинство американцев. Военная мощь Ирана в значительной степени ограничивается использованием Ираном прокси-ополченцев, таких как «Хезболла». Иран просто не способен добавить на такой фронт высококлассные обычные вооруженные силы. Правительство Тегерана также знает, что использование Ираном баллистических ракет на театре военных действий против Израиля почти наверняка рискует нанести ответный ядерный удар со стороны Израиля.

Правительства Египта, Ирака, Саудовской Аравии, Эмиратов и Ливан, скорее всего, выступают против всеобщей войны против Израиля, но разъяренное население может легко заманить  ловушку. В социальных сетях публикуются сцены празднования на Ближнем Востоке, на которых люди размахивают флагами Палестины и ХАМАС, танцуют и поют на улицах.

Президент Турции Эрдоган предложил стать посредником между ХАМАС и Израилем, но сам Эрдоган предупредил, что война не прекратится просто «через неделю или две». Однако Турция, страна с населением более 80 миллионов человек, является единственным игроком в регионе, обладающим социальной сплоченностью, военной культурой и военной мощью, чтобы возглавить суннитские арабские государства в конфронтации с Израилем.

В региональной войне Турция может выставить крупные армии и военно-воздушные силы, оснащенные современным вооружением и укомплектованные дисциплинированными и решительными бойцами. Появление регионального мусульманского суннитского альянса, возглавляемого Анкарой и финансируемого Катаром, возрождает для ЦАХАЛа призрак передовой традиционной войны, формы ведения войны, известной лишь немногим из сегодняшних лидеров ЦАХАЛа.

К сожалению, регион не продвинулся дальше условий, описанных Рамзи Макдональдом, премьер-министром Великобритании в 1924 году и затем с 1929 по 1931 год:

«Мы поощряли восстание арабов против Турции, обещая создать арабское королевство из арабских провинций Османской империи, включая Палестину. В то же время мы поощряли евреев помочь нам, обещая им, что Палестина будет предоставлена в их распоряжение для заселения и управления, и в то же время мы тайно заключали с Францией соглашение Сайкса-Пико о разделе территории, которую мы поручили нашему генерал-губернатору Египта пообещать арабам. Эта история полна грубой двуличности, и мы не можем надеяться избежать порицания, которое является ее надлежащим продолжением».

И евреи, и мусульмане продолжают жить внутри цивилизационных конфликтов, которые определяли Иерусалим со времен Первой мировой войны.

Обладая американскойвоенно-морской мощью, Вашингтон, безусловно, готов вступить в конфликт, если он расширится, но использование американского военно-морского могущества не положит ему конец. Хотя это и неприятно правящему политическому классу в Вашингтоне, администрация Байдена должна рассмотреть возможность взять на себя инициативу в поддержке прекращения огня, даже если это означает сотрудничество с турками, египтянами и русскими для обеспечения прибытия гуманитарной помощи.

В Украине Вашингтон недооценил решимость и военную мощь России. Вашингтону не следует повторять эту ошибку, недооценивая потенциал регионального мусульманского альянса, который может поставить под угрозу существование Израиля. Не следует сбрасывать со счетов возможность того, что Израиль может закончить так же, как и Украина».