В последние годы на оживленных улицах Еревана процветает «ходячая» торговля салфетками, которая не разрешена законом и почти не контролируется компетентными органами. Потребителями карманных салфеток, покупаемых на улицах, являются в основном прохожие и водители, которые тем самым поощряют эту форму продажи как альтернативу попрошайничеству и часто оставляют дополнительные «карманные деньги» за предлагаемый товар. Однако за, казалось бы, «безобидной» розничной торговлей порой скрываются сомнительные силы и личности. Двое из реальных бенефициаров данной торговли сегодня являются обвиняемыми по делу о трафикинге. Согласно обвинению, последние в течение длительного времени подвергали уязвимые группы населения трудовой эксплуатации и насилию.

Агентство Новости Армении – NEWS.am изучило уголовное производство относительно трафикинга, рассматриваемое в суде общей юрисдикции города Ереван около трех с половиной лет, и выяснило примечательные подробности. Учитывая уязвимость лиц, пострадавших от трафикинга, этические нормы анонимности и конфиденциальности, а также тот факт, что по делу пока нет судебного вердикта, вступившего в силу, в материале изменены имена пострадавших, а имена обвиняемых представлены начальными буквами.

Самопровозглашенные владельцы пунктов перекрестков Центра - обвиняемые по делу о трафикинге

Супруги С. М. и В.О. обвиняются в эксплуатации несовершеннолетних Ашота, Феликса, а также Артака, страдающего умственной отсталостью и эпилепсией. Согласно материалам судебного дела, Артак, имеющий серьезные проблемы со здоровьем, не имеющий постоянного места жительства и работы, длительное время получал деньги от водителей за парковку автомобилей на улице Сарьяна.

В ноябре 2018 года С.М. и В.О. подошли к Артаку, они представились «смотрящими» ереванских улиц Абовяна, Пушкина, проспектов Саят-Новы, Маштоца и предложили мальчику торговать салфетками на этих участках. Супруги пообещали мальчику обеспечить доход в размере 15-18 000 драмов в день и договорились платить ему за работу 4-5 0000 драмов в день. При этом, зная, что Артак платит за жилье посуточно, они предложили мальчику пожить у них, выплачивая эти деньги из заработанных им денег.

В ноябре 2018 года Артак переехал в съемную квартиру супругов, расположенную в центре города. Поработав некоторое время на предложенных условиях, поняв, что денег на личные расходы не остается, Артак попросил последних оставить деньги на расходы. Однако, супруги сообщили ему о том, что он, якобы, задолжал им 270 000 драмов (за коммунальные услуги и другие платежи), несмотря на то, что Артак отдавал им все заработанные деньги, в среднем 10-15 000 драмов в день. Спекулируя обстоятельством наличия долга, а также угрожая применением насилия, супруги принудительно вовлекли Артака в процесс розничной торговли салфетками и забрали у него всю выручку.

Кроме того, согласно обвинению, С.М. и В.О., угрожая и периодически избивая Артака, заставили его заниматься и попрошайничеством, за что тот ежедневно должен был выплачивать дополнительные 5 000 драмов. Согласно обвинительному заключению, направленному в суд, Артак попрошайничал и продавал салфетки даже в те дни, когда ему нездоровилось. А когда он протестовал и отказывался платить, С.М. и В.О. проверяли его карманы и избивали.

«Тюрьма - мой дом, мне нечего терять»: молодых людей заставляли попрошайничать

В другом эпизоде пару обвиняют в эксплуатации социально незащищенных Ашота и Феликса. Последние, согласно обвинительному заключению, годами занимались попрошайничеством в центре Еревана.

Летом 2018 года к ним подошли С.М. и В.О., которые представились «владельцами линий» этих территорий и выдвинул конкретные требования. Супруги сказали им, что, если они продолжат попрошайничать в этом месте, то им придется платить 2500 драмов в день, иначе им будет запрещено попрошайничать. Ашот согласился, а Феликс сперва отказался.

Но В.О. пригрозил избить его, ударил ножом, заявив, что тюрьма - его дом, от отсидевший парень, ему нечего терять. Напуганный Феликс ушел с данной территории и стал заниматься попрошайничеством в другом месте. Но его и там нашли супруги, заявив, что и это их место. Феликс рассказал правоохранителям о том, что вынужденно согласился на все условия, поскольку ему угрожали. Согласно фактическим данным, Феликс и Ашот платили деньги около года. Они, как и Артак, жили у С.М. и В.О., выплачивая им посуточный взнос.

Суд отказался освободить пару: им грозят длительные сроки тюремного заключения

Вышеупомянутые случаи трафикинга были выявлены правоохранителями в мае 2019 года. Через месяц супругам предъявили обвинение сразу по двум статьям – по пунктам 2,4 части 1 статьи 132 бывшего УК и по пунктам 2,4 части 2 статьи 132.2 бывшего УК.

За совершение этих деяний УК предусматривает наказание до 12 лет лишения свободы по отдельности. В качестве меры пресечения в отношении супругов избран арест.

В ходе судебного процесса адвокаты С.М. и О.В. периодически представляли в суд ходатайства об избрании в отношении обвиняемых меры пресечения, не имеющей отношения к лишению свободы, но суд их отклонял.

Столкновение интересов в суде: обвиняемая в трафикинге женщина против мужа

В ходе расследования дела обвиняемые сменили нескольких адвокатов. На начальной стадии предварительного следствия и судебного процесса интересы подсудимых, сменяя друг друга, представляли Фердинанд Саркисян, а затем - Людвиг Аветисян.

Однако, последний через год перестал защищать подсудимых, поскольку в ходе судебного разбирательства возник конфликт интересов: в частности, женщина, обвиняемая в трафикинге, по сути, дала показания против своего мужа, который находился с ней на скамье подсудимых. В частности, в письме, адресованном суду, женщина заявила, что она также стала жертвой насилия, что она часто пыталась защитить парней (потерпевших по делу) от мужа, но в результате В.О. избивал ее.

В итоге, в июне 2022 года к делу были привлечены новые общественные адвокаты, которые до сих пор по отдельности осуществляют защиту супругов.

Общественный защитник Вардуи Арутюнян, представляющая в суде интересы обвиняемой женщины, в беседе с Новости Армении – NEWS.am  сказала, что ее подзащитная не принимает предъявленного обвинения. По ее словам, она заботилась о предполагаемых жертвах, пыталась защитить их от насилия, за что ее часто избивал муж.

Муж подсудимой, неоднократно судимый в прошлом, также не принимает обвинение. Мужчина в своих показаниях заявил, что на полученные от пострадавших деньги обеспечивал из питанием, одеждой, сигаретами и т.п.

Сын пострадавшего настаивает на том, что его отец не является жертвой трафикинга

В ходе рассмотрения дела периодически выявляются новые фактические данные, имеющие существенное значение, наиболее примечательными из которых, пожалуй, являются допросы свидетелей. Так, сын пострадавшего Феликса - 16-летний Тарон, находящийся сейчас в УИУ для несовершеннолетних, дал неожиданные показания.

Тарон, в частности, сказал, что его отец жил внаем в квартире подсудимых и свободно распоряжался зарабатываемыми средствами. По его словам, он не часто встречался с отцом, но при встречах тот не говорил, что его эксплуатируют. По показанию свидетеля, Феликс по собственной воле оказался в зависимости от супругов. 

Жертвы трафикинга не получают достаточной защиты

Изучая судебную практику Армении по делам о трафикинге, становится ясно, что в большинстве случаев пострадавшие или свидетели по данным делам в суде отказываются от своих доследственных показаний и представления данных, подтверждающих вину обвиняемых, зачастую опасаясь возможных расправ в отношении их. Это обусловлено тем, что пострадавшие или свидетели не получают эффективной и доставочной защиты.

Эксперт по делам о трафикинге, адвокат Давид Тумасян в беседе с корреспондентом Новости Армении – NEWS.am сказал, что хотя Уголовно-процессуальный кодекс предусматривает достаточно широкий спектр мер защиты участников судебного разбирательства, но по части применения некоторых из них нет подзаконных актов, поэтому нет и соответствующих механизмов для их реализации, а существующие средства защиты не очень эффективны в случае трафикинга.

«В Армении институт анонимного свидетеля в этих делах практически не используется, поскольку пострадавший и предполагаемый преступник в основном знают друг друга», - отметил он.

Почему жертвы трафикинга часто избегают говорить о происшедшем?

Исследование, проведенное Генпрокуратурой РА, доказывает, что в целом в Армении увеличилось число случаев эксплуатации несовершеннолетних, людей с проблемами психического здоровья, то есть уязвимых групп.

А почему жертвы трафикинга часто избегают говорить о происшедшем и обращения к правоохранителям? На этот счет у психолога-эксперта отдела психологических экспертиз Национального бюро экспертиз НАН Армении Гаяне Шахвердян свое мнение. «Есть уязвимые группы, которые, например, имеют большие долги и для их погашения они вынуждены работать без оплаты у того, у кого они взяли в долг деньги, или те, кто легко поддается искушению заработать много денег за границей и т. д.», - отметила в беседе с корреспондентом Новости Армении – NEWS.am эксперт.

По ее словам, помимо принуждения, к жертвам трафикинга применяются различные меры воздействия. «У человека может быть страх, чувство вины, неуверенность и т.д. Все зависит от того, какой вид насилия применяется к данному лицу, и какими личными качествами он обладает?», - сказала эксперт, объяснив в этом контексте то, почему жертвы молчат.

«Есть разные факторы, в том числе чувства вины, страха, стыда, когда человек не хочет, чтобы окружающие знали о том, что с ним произошло», - отметила психолог.

По мнению Шахвердян, для эффективной борьбы с трафикингом необходимо не только защищать жертв, но и выяснить глубинные причины совершения подобных преступлений. «В этом вопросе крайне важна социально-экономическая составляющая, а также роль здоровой семьи в обществе», - отметила эксперт, добавив, что, тем не менее, самая большая роль и ответственность в этом вопросе лежит на государственных органах.

Тагуи Мелконян