В недавнем исследовании доктора Савадаи его коллег, результаты которого  были опубликованы в журнале Scientific Reports, было изучено 183 человеческих кости, из которых 52 оказались обработанными человеческими костями, все они относятся к неолитической культуре Лянчжу.

Культура Лянчжу возникла примерно 5 300–4 500 лет назад в дельте реки Янцзы на юге Китая. Названная по современному археологическому памятнику Лянчжу, эта культура представляет одно из первых и крупнейших укреплённых городских обществ в древнем Китае.

Городские поселения обычно окружались большими ограждениями и рвами. Кроме того, городские поселения строили дамбы, каналы, алтари, дворцы, мастерские и кладбища, что указывает на высокий уровень социальной стратификации.

Однако доктор Савада и его коллеги заинтересовались уникальным явлением — модификацией человеческих костей.

Обнаруженные обычно выброшенными в каналах и рвах культуры Лянчжу, обработанные человеческие кости представляют собой первый и единственный известный случай модификации человеческих костей в неолитическом Китае.

По словам доктора Савады: «Пока что не выявлены археологические материалы из периодов после культуры Лянчжу, которые напрямую продолжали бы эту практику. Тем не менее… мы находим различные способы обращения с умершими в более поздние времена по всей территории Китая, например, традицию захоронения черепов».

Так как культура не оставила письменных источников, значение этих костей, религиозные верования и роль лидеров Лянчжу остаются неизвестными.

Большинство обработанных костей можно классифицировать как черепные чаши, маскообразные лицевые черепа, небольшие плоские фрагменты черепов, черепа с задними отверстиями, нижние челюсти с уплощёнными основаниями и конечности с признаками обработки.

Анализ доктора Савады и его коллег показал, что большинство костей не демонстрировало предпочтений по возрасту или полу: они могли принадлежать детям, подросткам и взрослым, а также как мужчинам, так и женщинам.

Не было выявлено различий в патологиях костей, что указывает на низкий уровень питания, возможно, из-за принадлежности этих людей к более низкому социальному слою.

Во многих культурах обработанные человеческие кости являются результатом сложных отношений между живыми и умершими, связанных с родственными и конфликтными связями.

Однако отсутствие признаков насилия и порезов на костях указывает на то, что эти кости вряд ли были получены в ходе насильственных действий, например, войны или вражды.

Кроме того, наличие многих таких костей в Чжунцзяганге, который служил мастерской Лянчжу, может указывать на то, что эти кости были результатом стандартизированного производственного процесса.

Отсутствие порезов также предполагает, что кости не были получены через расчленение, а, скорее всего, собирались после разложения мягких тканей умерших, после чего они подвергались обработке.

Интересно, что большинство этих обработанных костей (около 80%) остаются незавершёнными и, по-видимому, намеренно выбрасывались в каналы рвов.

Такое обращение с умершими резко контрастирует с предыдущими периодами, когда меньшие сообщества обычно хоронили своих умерших в формальных погребальных контекстах. Это могло быть связано с более тесными родственными и социальными связями в ранних обществах.

Однако с появлением гораздо более крупной и менее изученной культуры Лянчжу социальные связи, по-видимому, претерпели фундаментальные изменения. Доктор Савада и его коллеги предполагают, что урбанизация могла изменить отношение живых к умершим, особенно к тем, кто находился вне их ближайших родственных сетей.

Эти обработанные человеческие кости, возможно, воспринимались как «чужие» и, следовательно, не получали того же почтения и поклонения предкам.