Вечером 11 октября, около 17:00 по местному времени, вооружённые подразделения сухопутных войск Мадагаскара из корпуса CAPSAT вошли в столицу страны — Антананариву.

Поинформации Jeune Afrique, между солдатами и правительственными силами произошла короткая перестрелка, но сопротивление оказалось минимальным.

Военные заняли площадь 13 Мая — символическое место, где с 1970-х годов начинались и заканчивались многие мадагаскарские режимы. Толпы ликующих жителей приветствовали мятежников как освободителей.

Некоторые источники сообщили, что президент Анри Радзуэлина покинул столицу, однако официального подтверждения этому пока нет.

Утром того же дня CAPSAT опубликовал заявление в Facebook, призвав армию и полицию «отказаться от приказов стрелять» и «принять на себя ответственность за защиту народа». В сообщении военные жаловались, что стали «приспешниками власти», выполняющими незаконные приказы вместо защиты мирных граждан. Они напомнили о событиях 25–26 сентября, когда протесты студентов и активистов были жёстко разогнаны — по данным ООН, погибли не менее 22 человек.

Изначально участники движения Madagascar Gen Z требовали улучшить доступ к воде, электричеству и здравоохранению, а также положить конец коррупции. Однако после насилия на улицах протесты переросли в политические, и демонстранты стали требовать отставки Раджоэлины — 51-летнего президента, пришедшего к власти в результате аналогичных уличных волнений в 2009 году и переизбранного в 2019 и 2023 годах.

Несмотря на обвинения в попытке переворота, Радзуэлина заявил, что слышит «голос молодёжи», и 6 октября распустил правительство, назначив новым премьер-министром генерала Рюфена Фортюна Димбисуа Зафисамбо. Но этот шаг не остановил волнений: уже 9 октября тысячи демонстрантов вновь вышли на улицы Антананариву.

10 октября верховный комиссар ООН по правам человека Фолькер Тюрк призвал власти «прекратить использование чрезмерной силы», отметив, что количество пострадавших вновь растёт.

Ситуация в Мадагаскаре остаётся крайне напряжённой, а исход противостояния между военными и правительством пока непредсказуем.