Серебряный кубок из Айн-Самии высотой всего около восьми сантиметров уже полвека привлекает внимание археологов. Его нашли в погребении в Иудейских холмах, и долгое время считалось, что сцены на его поверхности отражают раннюю версию вавилонского мифа «Энума Элиш». Но новое исследование, результаты которого опубликованы в журнале Journal of the Ancient Near Eastern Society, предполагает: изображённая история может быть совсем иной.

Этот кубок — уникальная находка для всего Леванта бронзового века: других художественных предметов такого уровня из той эпохи почти не существует. На внешней стороне сосредоточен целый цикл сцен, хотя часть изображения повреждена, что затрудняет трактовку.

Видно фигуру-химеру — наполовину человека, наполовину животное, держащее в руках растения. Между его ног помещён маленький  знак, который исследователи считают изображением солнечного божества на стадии рождения. Нижняя часть фигуры переходит в ноги двух быков. Рядом высоко поднимается крупная змея.

Следующий эпизод выглядит более упорядоченным: двое людей поддерживают концы полумесяца, в котором находится солнце с человеческим лицом. Змея теперь лежит под полумесяцем, словно утратив прежнюю силу.

Ранние учёные, включая Игаэля Ядина, видели в этом отражение битвы бога Мардука с Тиамат. Однако сцены не содержат следов борьбы, а главное — миф «Энума Элиш» появился значительно позже самого кубка.

Авторы нового исследования предлагают иную интерпретацию: изображён не конкретный миф, а мирный процесс упорядочивания космоса. На первой сцене царит первичная хаотичность — солнце ещё крошечное, только что «родилось». Во второй сцене оно занимает центральное место, сияет и приобретает лицо. Боги остаются почти того же размера, ведь они бессмертны, но выглядят иначе: у них появляются туники, украшения, более поздние детали головного убора. Даже лёгкие морщинки на шее намекают на течение времени. И змея, когда-то возвышавшаяся над миром, теперь согнута и спокойна — хаос подчинён.

Учёные отмечают сходства с другими ближневосточными образами, от Египта до Анатолии. Это позволяет предположить, что мастер был родом из южной Месопотамии, а сам кубок создан в северной Месопотамии или Северной Сирии, где серебро было доступнее.