Новости Армении – NEWS.am продолжает проект «Армения глазами Арианы»: Ариана Каоили расскажет о своих многочисленных поездках в Армению, об опыте, полученном в ходе работы и проживания в стране, а также поделится своими впечатлениями.

Решение проблем по-армянски (часть 1)

Мой телефон не переставал звонить с тех пор, как у меня появился армянский номер. Сообщения и вызовы поступают постоянно со скоростью – несравнимой с моим прежним опытом проживания в других местах. И я благодарна этому.

Французский социолог Эмиль Дюркгейм утверждал, что само существование индивида зависит от его интеграции и стабильности самого общества. Он взялся доказать это с помощью изучения самоубийств: действия, которое считается наиболее частным, индивидуальным и экзистенциальным опытом, который может быть только у человека.

Он обнаружил, что наиболее низкий показатель самоубийств зарегистрирован в обществах с высокой степенью интеграции, в то время как противоположное относится к глубоко индивидуалистическим обществам. Самоубийство, это, скорее, по своей сути не очень личное действие, как полагают многие, а «отголосок нравственного состояния общества».

Когда человек не знает, где он «подходит», он переживает то, что ученый назвал аномией, которая в крайних случаях характеризуется целенаправленностью и отчуждением, и человек кончает жизнь самоубийством. «Эгоистические самоубийства» – это самоубийства, которые происходят в обществе, в котором моральная сила группы слишком незначительна, чтобы удержать их прикрепленными к своей социальной роли. Эти люди начинают воспринимать себя как независимые от общества и не имеющие никаких обязательств. Общая характеристика обществ с высоким показателем  самоубийств – у людей нет связи с сильной и сплоченной социальной группой.

В целом, в Армении идея экстремального индивидуализма вряд ли может быть действенной. Люди автоматически думают о себе в контексте их обязательств по отношению к обществу, семье, за рамками самореализации и личного продвижения. За исключением быстрых социальных и экономических изменений, в частности, в которых люди испытывают быстрое продвижение вверх или вниз, число самоубийств довольно стабильно из года в год. Статистику по Армении найти трудно, но я бы уверенно предположила, что уровень самоубийств относительно низок. Также здесь не так много бездомных: социальные связи и семейные узы слишком сильны, чтобы оставить обездоленного родственника в полном забвении (будь то в городе или в областях).

Распространенность преступлений также низка, и моя гипотеза в том, что в целом армяне сильно озабочены своим имиджем в глазах общества: человек, который знает того человека, который знает моего дядю, в конечном счете, узнает об этом, и, следовательно, тот факт, что семья будет опозорена, значительно перевешивает преимущества любых преступлений. В традиционных обществах представление нужного имиджа может породить паранойю, когда ты все время знаешь, о чем подумают люди и общество в целом. Так много энергии тратится на «управление» имиджем, предстающим перед друзьями и обществом в целом. Один из примеров подобного принятия решения, какие подарки дарить на свадьбу, сколько человек должно присутствовать на торжестве, какой подать шашлык; при выборе будущего партнера: насколько образованы и уважаемы члены его семьи, из какого они района  (вы знаете, что некоторые из них более котируются, чем другие!), а как насчет чистоты в сексуальном плане? (Так как соседям нечего не известно, а что если она немного «испорчена»?)

Но, вернемся к теме моего армянского телефона: вначале понадобилось немного времени, чтобы привыкнуть к звуку его постоянного жужжания, давящему на мою так называемую частную жизнь. Сейчас я пришла к тому, что жду и сердечно приветствую сообщения, где интересуются обо всем: начиная от моего особого настроения в этот день и заканчивая вопросами о здоровье и о том, какие у меня планы. Я не думаю, что вообще возможно испытать нечто отдаленно напоминающее аномию в Армении, или же быть в достаточной степени отрезанным от общества. Никто не позволит мне этого.

Эта навязчивая идея о постоянных встречах и мероприятиях проникает во все мои контакты, в частности, те, которые касаются бизнеса. Ваша истинная сущность проявляется в отношениях – в значительной мере это бизнес-клише используется по всему миру, но в этой части мира в особенности. Встречи между людьми происходят как само собой разумеющееся, больше чем (более эффективный) обмен электронными письмами. Разговоры на личные тему за обедом имеют первостепенное значение, прежде чем вы перейдете к сути дела. Этот процесс трудно вытерпеть, поскольку время идет, и у вас на уме вопросы по докладу или переговорам, но ваш собеседник все еще показывает вам видео, как их малыш танцует на свадьбе на прошлой неделе, или же настаивает еще на одной рюмке самодельной тутовой водки, приготовленной его отцом.

Один из руководителей, с которым я встретилась в Ереване несколько лет назад, сказал мне, что самое сложное в ведении бизнеса в Армении – это мероприятия, связанные со смертью, браком и рождением ребенка. Это три главных события в длинном списке обязательных событий, который работник ни за что не может пропустить. Этот вид социальной сплоченности, вызванный частыми социальными ритуалами, скрепляет связи между тобой и обществом таким образом, что люди редко идут самостоятельным путем, отклоняясь от нормы. И это, естественно, требует очень терпеливого и индивидуального  подхода к управлению человеческими ресурсами. Также вам необходимо выучить  некоторые важные уроки маркетинга: успешный маркетинг в Армении – это слово, переданное в устной форме, и, как правило, весь канал связей определяется одном словом – «ахперутюн».  Армяне знают, как позаботиться о себе самом.

Однако это не всегда работает. Моя ереванская подруга настаивает на том, что сборная Армении по футболу никогда не сможет добиться большего, так как вместо того, чтобы сфокусироваться на победе команды,  каждый хочет забить! В бизнесе здесь, конечно же, много от ближневосточного «mudir» – слово, которое можно перевести как «синдром менеджера» при котором каждый человек чувствует, что он должен иметь авторитет и быть своим собственным боссом, не работая для продвижения вверх по лестнице (сидя сложа руки) или не показывая себя с той стороны, чтобы заработать позицию менеджера.

Известный армянский бизнесмен, которого я встретила в Нидерландах несколько лет назад, посоветовал мне не обманываться идеей о чудесах единства. На самом деле, по его словам, армяне, как правило, разобщены, особенно – когда речь идет о регионах: «Важно спросить, из какого именно вы села или района. Получив ответ, вы должны (по крайней мере сделать вид), что вы знаете самую важную семью или человека в этом конкретном городе или же в этой сфере влияния. Все дело в контактах». Это яркий пример роли социальных отношений в определении личности. Это также показывает, насколько армяне  искусно используют возможности социальной сплоченности для решения повседневных проблем: потому что как только вы в «ахперутюне», нет такой проблемы, слишком личной или же слишком серьезной, чтобы ее сообща невозможно было решить.

Ариана Каоили

Оригинал статьи на английском языке можно прочитать ЗДЕСЪ.