В сентябре текущего года депутат парламента, экс-премьер Грант Багратян, предложил резко поднять планку минимальной заработной платы – с 32,5 тыс. драмов до 72,5 тыс. драмов. И в самом деле, действующая ставка, в эквиваленте составляющая около $80, просто позорная, обрекающая на бедность и даже нищету многих трудящихся. Мы имеем в виду наемных работников с мизерным окладом, которые живут «на одну только зарплату».

Если, скажем, предложение оппозиции о повышении минимальной заработной платы будет принято, то работникам каких отраслей экономики «грозит» прибавка к окладу? По данным за июнь текущего года, среднемесячная номинальная заработная плата в стране составляла менее 118.4 тыс. драмов, в том числе по госсектору – 94,7 тыс. драмов, частному сектору – 145,5 тыс. драмов. То есть в среднем выше предлагаемой планки минимальной заработной платы.

В разрезе видов экономической деятельности картина несколько иная. По частному сектору среднемесячная номинальная заработная плата выше планки в 72,5 тыс. драмов во всех отраслях экономики. Это, конечно, не означает, что там царит идиллия. Среднеарифметическая величина не исключает большие разбросы показателей. Так что и в частном секторе работодатели вынуждены будут тратить на фонд заработной платы больше средств, чем ныне. То есть себестоимость продукции, при всех прочих равных условиях, возрастет.

В государственном секторе экономики имеются отрасли, в которых среднемесячная номинальная заработная плата уже сама по себе меньше предлагаемой планки минимальной зарплаты. Это «сельское хозяйство, лесное хозяйство и рыболовство» (менее 62,3 тыс. драмов), обрабатывающая промышленность (70,2 тыс. драмов). Близка к планке «административная и вспомогательная деятельность», с показателем в 73,6 тыс. драмов.

Намного ниже номинальная заработная плата в таких отраслях госсектора, как «культура, развлечения и отдых» (чуть более 63,5 тыс. драмов), и не совсем понятные «прочие услуги» (менее 69,4 тыс. драмов). Самый многочисленный контингент работников госсектора, как известно, представлен образованием. Там среднемесячная номинальная заработная плата выше предлагаемой планки – 81,9 тыс. драмов. Но данный показатель отнюдь не исключает наличия работников с зарплатой ниже этой планки, особенно в школах.

Итак, если предложение об увеличении минимальной заработной платы реализовалось, то правительство и парламент вынуждены были бы увеличить расходную часть государственного бюджета. По данным за 2010 год, в государственном секторе насчитывается 209,3 тыс. человек.

В частном секторе «занятыми» считаются 895,5 тыс. человек, из коих 496,1 тыс. человек – фермеры и трудоспособные члены их семей. Таким образом, без занятых в фермерских хозяйствах, контингент бизнесменов, индивидуальных предпринимателей и наемных работников (включая сезонных и не оформленных трудовыми договорами) насчитывает в стране около 400 тыс. человек. Более точных данных о численности наемных работников официальная статистика не предоставляет.      

Другая проблема связана с подоходным налогом. Ныне ставки следующие: с номинальной заработной платы до 80 тыс. драмов, за вычетом минимальной заработной платы в 32,5 тыс. драмов, удерживается 10%. Затем, начиная с 80 тыс. драмов, налог прогрессирует.

Естественно, с зарплаты в 72,5 тыс. драмов налог, ныне составляющий 4 тыс. драмов, после доведения минимальной зарплаты до предлагаемого парламентарием уровня, уже не будет удерживаться. Так что не исключается, что многие работодатели доведут зарплату низкооплачиваемым работникам точно до этой планки, и доходы госбюджета по этой части (если зарплата упомянутых работников была до этого выше действующей минимальной) сократятся. По логике, шкала дифференциации подоходного налога неминуемо должна сдвинуться вверх. Поэтому и в этом интервале нагрянут убытки для государственной казны.      

 

В странах «классического» капитализма не столь трепетно относятся к богачам, как в нашем государстве. У нас не просто «либеральная», а «супер-либеральная» экономическая политика. Оппоненты могут возразить, что, мол, подоходный налог и налог на недвижимость носят у нас прогрессивный характер.

К тому же в текущем году был введен новый налог на автомобили стоимостью свыше $90 тыс., повышена налогооблагаемая база по линии дорогостоящих алкогольных напитков, сдвинута вверх планка подоходного налога для физических лиц с доходом 2 млн. драмов и выше, а также на 50% увеличены фиксированные выплаты казино. Вроде бы богатеев обложили непомерными налогами... Но, учтем одно немаловажное обстоятельство.

Местные богачи, в большинстве своем (если они не высокооплачиваемые чиновники и не элита персонала коммерческих компаний) на «одну зарплату» не живут. Доходы их складываются от предпринимательской деятельности. Индивидуальные предприниматели платят в госбюджет фиксированный подоходный налог, а вот бизнесмены иного юридического статуса... фактически ничего не платят! В смысле из своих личных доходов в виде дивидендов.

Не разбирающиеся в нюансах нашего налогового законодательства подумают, что богачи уклоняются от налогов. Однако на самом деле налог с дивидендов не платится на абсолютно законной основе! 

Согласно 9-ой статье закона РА «О подоходном налоге», доходы от ценных бумаг вычитаются из совокупного дохода налогоплательщика. В следующей статье разъясняется, что именно подразумевается под «доходами от ценных бумаг».  В числе прочего, там фигурируют дивиденды – «...доход от участия (доли, акции, пая) в уставном фонде юридического лица или в предприятии, не имеющем статуса юридического лица». 

Это не сенсационное открытие. Автор этих строк уже седьмой год подряд отмечает эту нелепость в подоходном налоге, однако сие абсурдное положение в нашем законодательстве по-прежнему остается в своем первозданном виде.

По сути, у нас основным источником подоходного налога являются удержания с заработной платы наемных работников, плюс фиксированный налог индивидуальных предпринимателей. Высоких окладов, за редким исключением, не имеется. Это наглядно видно из символической величины среднемесячной номинальной заработной платы.

То есть эффект от повышения прогрессивности налога не будет столь уж значительным. Иное дело – налог с дивидендов, которые получают физические лица. В развитых странах этот вид личного дохода подпадает под налогообложение. В тех же странах, где дивиденды налогом не облагаются, налог на прибыль корпораций выше обычных 20% – вплоть до 30%.

Конкретно для государственного бюджета не имеет особого значения, откуда поступает доход, с прибыли корпораций или с доходов физических лиц. С макроэкономической же точки зрения «правильная» налоговая политика может содействовать сокращению поляризации общества по доходам, социальной справедливости, уменьшению масштабов бедности в стране.  

Альберт Хачатрян