Корреспондент Сегодня.ua поделилась своими впечатлениями после посещения Нагорно-Карабахской Республики.

Нагорный Карабах представляет из себя горный, труднодоступный без выхода к морю регион Закавказья, где нет богатых залежей нефти, газа или золота.

Среди высоких гор разбросана сотня сел и 9 городов, где проживает не более 140 тысяч человек. Но это та территория и те населенные пункты, за которые готовы драться миллионы армян со всего мира.

О событиях 1991—1994 годов напоминает немного, хотя жизнь в непризнанной Нагорно-Карабахской Республике (НКР) протекает с учетом постоянной готовности к обороне. На пьедесталах стоят танки, зачастую отбитые у противника (на момент начала активных боевых действий у карабахцев было всего 2 танка и БТР) и готовые в случае надобности занять оборону, только электронику обратно установить надо. Мальчишки с первого класса учатся разбирать автомат — в школьную программу введен расширенный курс военной подготовки.

Вдоль нескольких участков хорошо просматриваемых с азербайджанской и турецкой сторон единственной дороги, соединяющей Карабах с миром, насыпаны двухметровые валы — чтобы снайпер не снял цель. О том, что с НКР нет воздушного сообщения, наверно и не стоит писать. Хотя построено новое здание аэропорта, восстановлены взлетно-посадочные полосы и «срезаны» верхушки нескольких холмов, прилегающих к взлетной полосе, что дает возможность обслуживать крупногабаритные самолеты. На новый аэропорт потрачено $5 млн, но карабахцы не рискуют нарушать тишину гор ревом самолетных моторов. Во-первых, в таком случае Турция — союзник Баку, угрожает закрыть для Армении свое воздушное пространство. Во-вторых, директор Госадминистрации по гражданской авиации Азербайджана Ариф Мамедов пригрозил, что Баку будет сбивать гражданские самолеты, летящие в Степанакерт.

В остальном в Карабахе идет обычная повседневная, размеренная жизнь. В столице Степанакерте руин уже не найдешь, в Шиша убрали последний БТР, ржавевший без колес долгие годы в азербайджанском квартале. Зато растут новостройки, где квартиры раздают инвалидам войны, ветеранам, госслужащим и многодетным семьям.

В первую очередь Карабаху не хватает трехзвездочных отелей, где бы могли остановиться неприхотливые иностранцы. А их, по данным МИД НКР, ежегодно приезжает 15 тысяч человек, и этот поток увеличивается. В основном заезжают любители экстремальных видов спорта и инвесторы.

В данные об инвестициях, львиная доля которых приходится на армянскую диаспору, можно было бы не поверить, если бы я своими глазами не видела новые предприятия, открытые на деньги инвесторов, которые закупают западные технологии и агрегаты. Появление каждой малой ГЭС (а за 5 лет было открыто 8 станций), вырабатывающей электроэнергию из горных рек, каждого цеха или заводика, становится костью в горле у азербайджанского соседа.

В данные об инвестициях, львиная доля которых приходится на армянскую диаспору, можно было бы не поверить, если бы я своими глазами не видела новые предприятия, открытые на деньги инвесторов, которые закупают западные технологии и агрегаты. Появление каждой малой ГЭС (а за 5 лет было открыто 8 станций), вырабатывающей электроэнергию из горных рек, каждого цеха или заводика, становится костью в горле у азербайджанского соседа.

У карабахцев есть отдельная госпрограмма по восстановлению и развитию сельского хозяйства. Восстанавливать нужно было как после войны, в результате которой поля и сады были либо сожжены, либо перепаханы танками и снарядами.

Сегодня карабахцы могут похвастать даже стадом племенных коров из Голландии. А такого количества овец, которое мы встретили по дороге из Степанакерта в Ереван, я не видела даже в Армении. Могут карабахцы похвастаться ростом ВВП 9,9%, в основном за счет увеличения выработки электроэнергии, экспорт которой начался в Армению, и экспорта сельхозпродукции. На душу населения приходится $2500, средняя зарплата ¬$250—300, а пенсии — $100. Трехкомнатная квартира в центре Степанакерта на вторичном рынке стоит $45—50 тыс. Безработица составляет 4,6%.

Есть в Карабахе один город, который лежит в руинах и где осталось не более 300 человек, занимающихся в основном  животноводством- это Агдам. Власти НКР не стали восстанавливать Агдам, в то время как рядовые карабахцы все послевоенные годы разбирали дома и их остатки на стройматериалы. Вот и стоит разрушенный Агдам — как напоминание о том, к чему может привести любая война.