В Армении политическая монополия, а республика развивается по классической азиатской модели, имея в основе модель КПСС. Коалицию можно рассматривать только в контексте реальной власти, реальных прав и ответственности, то есть реальной коалиции. Об этом завил в интервью с корреспондентом Новости Армении – NEWS.am председатель партии «Оринац еркир» Артур Багдасарян. Приводим интервью с политиком:   

Чем Вы занимаетесь сейчас, в том числе в свободное время? Могут ли Вам в будущем предложить какую-нибудь должность?

Вторая часть вопроса не совсем корректна, потому что в свое время я по своей воле отказался от второго и четвертого постов в стране во имя своих принципов, во имя своего представления об Армении завтрашнего дня, во имя своего народа. Должности, которые я оставил – политические, я занимал их по итогам политической борьбы – своей и своей команды, сотен тысяч голосов, которые нам доверили наши граждане на общегосударственных выборах. То есть занятие должностей не было самоцелью. Должность для меня – возможность и средство осуществить все те правильные и светлые программы, которые есть у меня и у «Оринац еркир». Часть из них нам осуществить удалось, часть – нет. Но я уверен, что в будущем нам удастся внести многочисленные положительные изменения в жизнь нашего народа.

Хочу также отметить, что в политике я никогда не был ни помощником, ни подчиненным. Для моей политической силы и десятков тысяч наших приверженцев я – лидер, а в более широком политическом поле – партнер. Одно это уже значит, что я могу занимать должность только в случае реального политического партнерства и реальной власти. 

А что касается свободного времени, то его у меня почти нет. Я возглавляю «Оринац еркир», координирую деятельность нашей фракции в парламенте, возглавляю советы попечителей трех крупнейших вузов – и это далеко не все. 

Вы – единственный, кто, не занимая никакой должности, входит в Совет национальной безопасности. Почему после выхода из коалиции и ухода в оппозицию Вы не отказались ни от этой должности, ни от поста председателя Федерации волейбола?

Я остался членом Совета безопасности по предложению президента страны как руководитель политической силы и как человек, игравший  ключевую роль в становлении структуры. Более того, я председатель Совета попечителей Академии ОДКБ, которая начнет работу в этом году и будет играть важную роль в рамках Организации как аналитический и образовательный центр. Академия будет непосредственным образом соприкасаться с вопросами безопасности. Должность члена Совета национальной безопасности – неоплачиваемая, и если мой опыт, связи или знания необходимы моей родине, то я вложу их без лишних капризов.

Что касается Федерации волейбола, то связывать ее с политическими взглядами, как минимум, неприемлемо. Раз я оппозиционный политический деятель, значит, не могу возглавлять спортивную федерацию, которая, к тому же, является некоммерческой организацией?

Отмечу также, что в последние годы Федерация волейбола добилась серьезных успехов. Нас уже знают во Всемирной и Европейской федерациях волейбола, от которых мы получаем техническую и консультационную поддержку. Отличные связи у нас установились и с Федерацией волейбола России, которую возглавляет секретарь Совета безопасности РФ Николай Патрушев. Достаточно сказать, что для армянских спортсменов уже были организованы бесплатные учебно-тренировочные  сборы в Адлере. Мы бесплатно получаем спортинвентарь, что очень важно для развития волейбола в Армении. Ведь это дело требует и затрат, и времени. Кстати, в этом году, впервые в истории армянского волейбола, в Армении пройдет международный турнир с участием стран Евросоюза и СНГ.

Какова Ваша оценка ситуации вокруг «Процветающей Армении»? Как относитесь к тому, что вторая политическая сила в стране  сейчас на грани распада, из партии идет массовый отток? 

То, что произошло с «ПА», по большому счету ясно всем. Для меня очевидно одно: есть Царукян – есть «ПА», нет Царукяна – не может быть и «ПА». Остальное покажет время.

Какое будущее Вы видите для оппозиционной «Процветающей Армении»? Собирается ли «Оринац еркир» сотрудничать с ней под руководством Наиры Зограбян?

Наире Зограбян я желаю успеха. От обсуждения конкретных вопросов и проблем, решение которых может помочь нашей стране и народу, «Оринац еркир» никогда не отказывалась.

По Вашему мнению, почему Гагик Царукян так резко и сразу ушел  из активной политики и решил оставить все, связанное с «ПА»? Какие условия могли быть перед ним поставлены, что могло стать причиной таких действий?  

Царукян высказывался о своем решении, и здесь мне добавить нечего, потому что всем все ясно.

Есть ли известные личности из бывших и нынешних чиновников, уходящих из «Процветающей Армении», которые подали заявления  на членство в «Оринац еркир»?

Желающие присоединиться к «Оринац еркир», работать и бороться с нами, есть всегда. А в последний период их число резко возросло. Это обусловлено и внутриполитическими процессами, и повышением доверия к нашей политической силе. Да, среди них есть и те, кто покинул «ПА». Об этом мы сообщим дополнительно. 

Встречались ли Вы в последнее время со вторым президентом Робертом Кочаряном, и как относитесь к мнению о том, что в 2006 году «ОЕ» вышла из коалиции по договоренности с ним?

В политике меня часто преследовали недоброжелательство и зависть. Когда в 2006 году я оставил должность спикера парламента, начали говорить, что договорился с Кочаряном. Сейчас, 10 лет спустя, все увидели, что это ложь, потому что после событий 2006 года «Оринац еркир» потеряла 17 депутатов, столкнулась с серьезным давлением. А с Кочаряном за эти 10 лет я не встречался и не беседовал по телефону, поэтому говорить о каких-то договоренностях, как минимум, политически аморально. Когда на выборах 2008 года я занял 3-ье место, а не 2-ое, и, приняв предложение власти, вошел в коалицию, злые языки начали говорить – пошел за должностью. Когда в прошлом году я покинул пост секретаря Совета национальной безопасности, все они прикусили языки. Когда я говорил, что коалиция спасла Армению от большой крови, что внешний враг сидит в засаде и каждую минуту возможна агрессия, кто-то иронизировал. А когда в украинской и грузинской революциях погибло множество людей, эти страны потеряли часть своей территории, эти же недоброжелатели снова смолкли. Но на их злобу я никогда не отвечал своей. Знаю одно: время обладает исключительной убеждающей силой, и многие мои тогдашние критики сейчас хотят присоединиться к нам и вместе пройти дальнейший путь.   

Есть мнение, что оппозиционный лагерь остался пустым, и там началась некоторая борьба за лидерство. Разделяете ли Вы эту точку зрения – особенно учитывая, что прозападные силы Армении пытаются сплотиться?

Не разделяю эту точку зрения, опасную для общества и содержащую элементы «черной пропаганды». Лагерь оппозиции не пуст и никогда не будет пустым. Любая политическая сила борется и работает по-своему: в соответствии со своими принципами, программами и стратегиями. А все те, кто проповедуют такое, хотят, с одной стороны, скомпрометировать оппозиционные силы, с другой – посеять в обществе чувство безнадежности, отбив желание к участию в активных общественно-политических процессах. Я против того, чтобы в Армении формировались прозападные или пророссийские силы. Все должны быть проармянскими. Другой вопрос – какие позиции  у политических сил по тому или иному вектору внешней политики.

Ходят активные слухи о создании новой правящей коалиции. Считаете ли возможным свое возвращение, в каком случае? 

Только в одном: если у «Оринац еркир» будет фактическая власть, которая создаст возможности решить все те вопросы, которые есть в нашей стране. Партия вышла из коалиции и публично заявила – почему. Мы добровольно отказались от министерских портфелей и многих других должностей. Сегодня Армения находится в тяжелой социально-экономической ситуации. День ото дня растут внешний долг, безработица и эмиграция, основная часть населения – в крайней бедности. Нет веры, надежды, уверенности. Нужны конкретные и решительные шаги, чтобы исправить ситуацию, иначе все это ни к чему хорошему нас не приведет. В такой ситуации говорить о коалиции нет оснований, особенно потому, что настоящих коалиций в Армении нет и не было. В Армении есть политическая монополия, и мы развиваемся по классической азиатской модели, имея в основе модель КПСС. Повторяю, коалицию мы считаем возможной только и только в контексте реальной власти, реальных прав и ответственности.   

Чего добиваются политические партии вообще? Конечно – власти, чтобы реализовать свои программы. «Оринац еркир» выступает только за реальную власть, реальную коалицию и реальную ответственность. Должна измениться наша политическая культура, должна быть по-настоящему коллегиальная ответственность. Не зря говорится: одна голова хорошо, а две лучше. Нужно сплотиться. Власть должна отказаться от единоначалия, партия не должна подменять государство и государственные институты. Нам необходима реальная многопартийная политическая власть. 

«Оринац еркир» выступает за такое управление, и мы примем участие в таких процессах, чтобы получить возможность решить проблемы страны и народа. Получим ли мы реальную власть полностью или частично, покажет время, покажет народ, покажут ключевые политические фигуры.

Поговорим о социально-экономической ситуации. В чем ее причины? В состоянии ли Правительство решить стоящие перед страной вопросы? 

Правительство действует ситуативно: «сегодня будет так – значит, делаем так». То есть живем, абы прожить. Нет планирования, нет политики, ориентированной на результат. Не могу согласиться с тем, что Правительство не может решить задачи нашего народа. Есть многочисленные инструменты, которые можно применить, но которые не применяются, многочисленные возможности, которые не реализуются. Все это потому, что нужно иметь сильную команду, которая будет действовать уверенно и продуманно, чтобы осуществить реформы для конкретных целей, постоянно ориентируясь на результат.

Вот посмотрите: впервые за 10 лет в Армении был принят бюджет, где ни слова не говорится о создании рабочих мест. Возьмите даже самые отсталые страны – везде правительства считают основными задачами развитие экономики путем диверсификации, решение социальных вопросов путем применения со стороны государства действенных механизмов. И самый важный из них – дать возможность людям зарабатывать на хлеб собственным трудом. А у нас регресс во всех отраслях экономики. Объемы экспорта снизились более чем на 30% к предыдущему году. Показатель иностранных инвестиций в стране почти нулевой. Вот наша реальность, в которой нет противодействия тяжелейшей социальной ситуации, нет программ, нет действий. Невесело и от оценок Всемирного банка и других международных структур и международных рейтинговых организаций об экономике Армении.

Думаю, ситуация продолжит ухудшаться, пока не произошли существенные изменения. Власть должна осознавать, что мы оказались в глубоком экономическом и социальном коллапсе, и нужен решающий прорыв. В нынешней ситуации политическое поле выведено на чистую воду, а власть, которая отпраздновала пиррову победу, должна ясно понимать: если по многочисленным субъективным и объективным причинам (деньги, административный ресурс и так далее) она сегодня недосягаема для остальных, то не должна становиться неподконтрольной. Единоличная политическая власть должна диверсифицироваться, ее нужно поставить на службу интересам народа. В условиях политической монополии подобная социальная поляризация крайне опасна для страны. В конце концов, я уверен, что тяжесть ситуации признают все, а власть, в основном исполнительная, просто бессильна что-либо сделать. Это факт.

Об этом говорят многие.  А как все же решить проблемы? Что можно сделать?

По моему убеждению, нам нужен новый старт, и в его основе должен лежать императив реальных изменений в стране.

Мы должны по-настоящему изменить содержание власти в государстве, и инициатива может исходить не только от оппозиции, но и от власти. Мы должны заложить новую основу для всех тех сил, заодно со всеми теми, кто был готов к этим реформам. Мы не должны жить так. Наш народ, наша страна недостойны такой тяжелой жизни. И если мы сейчас подсчитаем, сколько людей живет в Армении, и если не предпримем, как можно скорее, решительных шагов, то наше население постепенно уменьшается, а значит, сокращается генофонд и страдает национальная безопасность.

Я не раз отмечал, что когда грамотному, образованному человеку не находится места в стране – это трагедия. Сегодня правят бал деньги, сила, наглость. Кому нужен образованный человек? Но все-таки сегодня родитель, лишая себя куска, дает ребенку образование, чтобы ребенок достиг успеха, а ребенок получает образование и становится заслуженным безработным. Содержание власти должно измениться: должен вырасти спрос на образованных людей. Образованный человек не должен раздумывать, как бы уехать из страны, чтобы где-нибудь устроиться.

В связи с конституционными реформами президент Армении начал этап обсуждений. Как Вы относитесь к этим реформам?  

Конституционные изменения играют важную политическую и общественную роль. «Оринац еркир» свое мнение высказывала не раз. Но сегодня конкретного проекта конституционных реформ пока нет, поэтому я не могу оценивать то, чего еще нет. В то же время, мы сформировали свои точки зрения об эффективной политической системе с действенными противовесами, правильным балансом между различными ветвями власти. В стране необходимо провести избирательные реформы, особенно по части перехода к 100%-ной пропорциональной системе. Необходимо сформировать и по-настоящему независимую судебную систему. Вместе с тем, «Оринац еркир» не поддерживает упразднение института президентства либо его превращение в чисто символический, учитывая нынешние военно-политические реалии в регионе и вступление в Евразийский экономический союз, который с точки зрения управления является своеобразным «президентским клубом».    

А обрадовало нас то, что президент оказался готов не просто выслушать нас, но и обсудить и принять аргументированные предложения «Оринац еркир». Наша партия поддержит конституционные реформы, если они усилят баланс ветвей власти, сделают процессы управления четче. А если изменения ничего нашему обществу не дадут, мы им содействовать не можем. И мы примем участие в этих обсуждениях, потому что политическая сила, существующая 18 лет, не может оставаться наблюдателем. И пусть никто не сомневается: мы выскажем нашу прямую и принципиальную позицию.

Беседовала Инга Мартинян