Новости Армении – NEWS.am приводит статью профессора политологии в Еврейском университете Иерусалима, бывшего генерального директора Министерства иностранных дел Израиля Шломо Авинери, опубликованную в турецкой «Today’s Zaman» , с некоторыми сокращениями:

Недавний всплеск военных действий со стороны Турции против курдов в Северном Ираке является свидетельством того, что немного удивительным, но не совсем непредсказуемым образом турецкая внешняя политика сделала поворот на 180 градусов менее чем за два года.

Турецкое наступление – также признак того, что эти изменения выходят за рамки нынешней напряженности между Турцией и Израилем, которая является только одной из сторон гораздо более глубокой тенденции.

Еще пару лет назад, после того, как Европейский Союз захлопнул дверь перед носом Турции (несмотря на некоторые значительные военные и уголовные реформы, проведенные правительством Партии справедливости и развития), Турция переориентировала свою политику от Европы к своему непосредственному региону. Подход министра иностранных дел Турции Ахмета Давудоглу «ноль проблем с соседями» придал этой переориентации стратегическое и теоретическое обоснование.

Открывая впечатляющую новую страницу, Турция обратилась к Армении, смягчила свою позицию по Кипру, попыталась привлечь Иран к позитивному диалогу с Западом, убедила Сирию урегулировать тлеющий пограничный спор между двумя странами и в качестве завершающего достижения запустила мирные переговоры между Сирией и Израилем при посредничестве Турции.

И все же эта добрососедская политика не сработала, как предполагалось. Сближение с Арменией зашло в тупик; не было достигнуто значительного прогресса по Кипру, особенно после того, как был избран менее уступчивый лидер в Турецкой Республике Северного Кипра (которую признает только Турция); открытость к Ирану не смягчила позицию мулл по ядерным разработкам (и напряженные отношения с США); сирийско-израильские переговоры провалились, а участие Турции в отправлении флотилии в Газу в 2010 г. и жесткая реакция Израиля на это указали на конец десятилетий близкого израильско-турецкого сотрудничества.

В довершение ко всему, президент Сирии Башар аль-Асад, якобы новый ближайший союзник Турции, оказался наиболее деспотическим и кровопролитным региональным тираном. Асад провел большую часть 2011 г. убивая свой собственный народ, когда люди проводили демонстрации, требуя либерализации и реформ.

Несмотря на эти неудачи, стратегический авторитет Турции не пострадал, отчасти потому, что уменьшение участия США при президенте Бараке Обаме дало возможность Турции заполнить надвигающийся вакуум региональной власти. Арабская весна, несмотря на все еще неокончательный результат, сильно ослабила роль Египта в региональной политике и дала возможность премьер-министру Реджепу Тайипу Эрдогану позиционировать Турцию и себя самого как лидера мусульманского блока и модель сосуществования ислама и демократии. Не менее важно и то, что победа ПСР на недавних парламентских выборах поощрила Эрдогана проявить амбиции а-ля Путин.

Недавний визит Эрдогана в Египет, Ливию и Тунис раскрывает двойственность нового притязания Турции на региональную гегемонию. Хотя шаткая военная хунта Египта приветствовала Эрдогана, многие египтяне были не в восторге от того, как он дразнил их и других арабов следовать турецкой политике и рассматривать Турцию как своего мусульманского лидера. Новый султанат? Эрдоган – новый Саладин?

Турция должна играть чрезвычайно важную роль в регионе. Она могла бы быть мостом между Западом и Востоком, между исламом и современностью, а также между Израилем и арабами. Однако она рискует поддаться державному высокомерию, которое разлагало и оттесняло на второй план многие сильные государства в прошлом.