Айшат Баймурадова — первая чеченка, убитая за пределами России после побега из республики. Обычно если кто-то ищет чеченских женщин, сбежавших от домашнего насилия, — это их семья. Родственники могут уговаривать вернуться, угрожать и похищать, пишет BBC.

«Некоторых впоследствии убивали. Но в этот раз правозащитники сомневаются, что семья Айшат имела отношение к произошедшему. Именно это вызывает у других девушек со схожей судьбой наибольшую тревогу: если за убийством стоит кто-то другой, откуда теперь исходит угроза и значит ли это, что все они не в безопасности?

В феврале 2025 года 23-летняя Алекс гуляла по улицам небольшого армянского городка, когда одна из прохожих привлекла ее внимание своими яркими волосами и сложными татуировками. Алекс подошла познакомиться, девушки быстро нашли общий язык, обменялись контактами, и в конце разговора Алекс позвала новую знакомую в гости.

Настоящее имя Алекс — Айшат Баймурадова. На тот момент она прожила в Армении всего несколько недель и только-только начала снова свободно выходить на улицу и пользоваться телефоном. Через новую знакомую Алекс — так она представлялась в новой стране — познакомилась с компанией россиян, которые вместе снимали дом.

«Она очень хотела общаться, дружить, найти своих людей. Однажды Алекс записала мне голосовое, где сказала, что не верит, что это реально, что существуют люди, которые ее понимают», — вспоминает знакомая Айшат Мария.

Одно такое сообщение сохранилось. Голос Айшат говорит: «Как же здорово было вчера. Это какой-то прекрасный сон».

«Алекс действительно хотела человеческой близости, но ей очень сложно это давалось, потому что она всегда оставалась в травме Чечни. Чечня никогда ее не отпускала», — вспоминает Мария.

Алекс рассказывала друзьям в Армении, что выросла в семье, где дети воспитывались в религиозной строгости: например, отец жестоко наказывал Айшат, если та пыталась общаться с мальчиками в школе.

По словам девушки, с четырехлетнего возраста она сталкивалась с насилием со стороны отца. «Я хорошо помню, как она описывала это. Ужасная травма на всю жизнь», — вспоминает Мария разговоры с подругой.

Айшат говорила, что ее отец — Алихан Баймурадов — «военный пенсионер». Издание «Важные истории» предполагает, что мужчина служил оперативником в полиции. Также журналисты издания выяснили, что дядя Айшат, Ислам Баймурадов, — сотрудник УМВД по Чечне. Алекс утверждала, что ее бабушка — двоюродная сестра Ахмата Кадырова, и «Важные истории» пишут, что это возможно.

Айшат Баймурадова рассказывала, что когда ей исполнилось 20 лет, ее выдали замуж за 29-летнего инструктора по стрельбе, которого до свадьбы она видела всего несколько раз. Позже она рассказывала, что муж бил ее, держал взаперти, установил дома камеры, чтобы следить за женой, не разрешал пользоваться телефоном. В этом браке Айшат родила сына.

«Я не знаю, хотела ли она вообще ребенка, потому что [ее жизнь] была сплошным насилием. Мне было страшнее всего спрашивать у нее про ребенка, потому что в свои 23 года она сама была еще ребенком. [У нее был] чистый взгляд на вещи, потому что она ничего не видела, считай, в своей жизни. То есть это ребенок, у которого есть ребенок. Но она понимала, что сын уже не принадлежал ей, что никогда из Чечни его не украдет. И Чечня внутри него тоже никогда не исчезнет. Она знала, что муж [и его семья] перелопатят детскую психику и убедят сына, что мать предатель», — говорит Мария.

Чтобы сбежать из Чечни, Айшат написала сразу нескольким правозащитным организациям. Одним, помогающим женщинам с детьми, она рассказывала о своем сыне. Другим, которые защищают права ЛГБТ+, Айшат писала, что она трансперсона. Известно, что в Армении она действительно представлялась именем Алекс, но откликалась на обращение «она».

Правозащитная группа СК SOS помогла эвакуировать Айшат в конце прошлого года. Правозащитники помогли ей с деньгами и жильем на первые три месяца — это время дается девушкам, чтобы прийти в себя и найти работу. После чего они выходят из программы и живут самостоятельно.

Айшат стремилась к независимости — она сразу устроилась на работу официанткой. Друзья вспоминают ее 12-часовые смены «за сущие копейки». С коллегами у Алекс не ладилось — в провинциальном армянском городе не оценили ее манеру общения и осуждали за то, что она не занята поисками «нормального мужа». Терпеть такое к себе отношение девушка не хотела и отвечала резко, не боясь вступать в конфликты.

С таким графиком работы времени на друзей почти не оставалось, но она все равно иногда заходила посмотреть вместе кино. «Алекс очень хотела зарабатывать деньги и быть независимой. Наверное, чтобы никто не мог ей больше сказать, что она слабая», — говорит Мария.

Не найдя нормальных условий в провинции, Айшат решилась на переезд в Ереван, где мечтала однажды стать поваром. Она снимала квартиру вместе с новыми друзьями и временно устроилась на работу клинером.

Правозащитники опасались, что, учитывая связи ее родственников, те обязательно попытаются вернуть девушку домой, но этого не происходило. Айшат сама написала семье.

«У них была короткая переписка, в рамках которой они сначала ее просили вернуться и говорили, что все будет иначе. Когда она отказалась, они отреклись от нее: «Ты больше не дочь, не жена, мы тебя трогать не будем, нас тоже не трогай»», — рассказывает Александра Мирошникова, пресс-секретарь правозащитной группы СК SOS.

В отличие от большинства девушек, которые после побега ведут закрытый образ жизни, Айшат активно вела соцсети под своим именем, не скрывала лица, критиковала патриархальную систему в Чечне, религию, чеченских мужчин и собственную семью.

Айшат критиковала и других чеченцев, и лично Рамзана Кадырова. Сотрудники сразу нескольких правозащитных организаций призывали Айшат быть осторожнее с публичными высказываниями.

15 октября Айшат отправилась на встречу с подругой. Знакомый Баймурадовой рассказал изданию Port, что около 1-2 часов ночи Айшат скидывала видео, на которых она в квартире подруги пьет виски. А после 3 часов ночи Алекс перестала выходить на связь. В тот день Айшат Баймурадова не вернулась домой.

Полиция Армении начала искать девушку 17 октября. Двумя днями позже в полицию поступил звонок — мужчина обнаружил в своей квартире, которую он сдавал, тело Айшат. Основательница проекта «Кавказ без матери» Лидия Михальченко сообщила, что девушку могли задушить.

Дело Айшат Баймурадовой уникально тем, что это первый случай убийства сбежавшей из Чечни девушки на территории другой страны. Истинная причина таких убийств — «самодовольное удовлетворение личных и семейных амбиций, подстрекаемых общественным мнением, сплетнями, слухами и клеветой», говорится в докладе американского исследовательского центра Wilson, созданного Конгрессом.

С начала 2000-х в Европу — сначала из-за войны, а потом из-за репрессий установившегося режима Кадырова — приезжали соискатели убежища из Чечни. Основными направлениями стали Польша, Франция и Австрия. Единственное «окно», оставленное этим женщинам, — это Южный Кавказ, в частности, безвизовые Грузия и Армения. Но еще до попытки похищения Лауры Авторхановой и убийства Айшат Баймурадовой было понятно: эти страны не гарантируют полную безопасность женщинам, бегущим с Северного Кавказа. Известны случаи, когда правоохранительные органы обеих стран содействовали родственникам, пытавшимся вернуть беглянок. Например, два года назад полиция Армении задержала 21-летнюю ингушку Фатиму Зурабову и привезла в участок, где ее уже ждали родственники. А в случае с дагестанкой Заирой Пировой правоохранительные органы подтвердили ее семье, что девушка находится в Грузии.

Многие жители северокавказских республик имеют родственников или друзей в Армении и Грузии, что упрощает процесс поиска беглянок.

В Чечне на убийство Айшат отреагировал помощник Кадырова Мансур Солтаев: он назвал все обвинения в адрес властей республики «информационным террористическим ударом». Заодно заметил, что психологи некоего кризисного центра «намеренно вводят женщин в заблуждение»: «Они обещают прекрасную жизнь в Европе или на Западе, игнорируя реальные проблемы и подталкивая женщин к разрыву семейных уз. Таким образом, ведется целенаправленная работа по размыванию и разрушению институтов семьи и традиций, которые веками формировались на Кавказе и по всей России».

Вероятно, именно с этой целью — не допустить «размывания традиций» — в Чечне начнут проводить «разъяснительные беседы» с женщинами, которые выходят на улицу с непокрытой головой. Правозащитница Саида Сиражудинова в интервью «Кавказскому узлу» сказала, что во время таких «разъяснений» у девушек нередко забирают телефоны и проверяют их», - пишет BBC.