В интервью Новости Армении – NEWS.am постоянный представитель Международного валютного фонда в Армении Гильермо Толоса поделился положительными ожиданиями по восстановлению объемов производства в аграрном секторе, обвалившемся в 2010 году на 13,5%. Восстановительный рост может подтянуть весь ВВП и, как следствие, улучшить позиции Армении в рейтинге «Forbes». Вместе с тем, собираемость налогов так и не покидает повестку дня…

Насколько, по-Вашему, нынешний восстановительный рост армянской экономики привязан к ценам цветных металлов?

Взаимосвязь, безусловно, есть, в том числе и потому, что общее восстановление затрагивает в том числе горнодобывающий и промышленный сектора. Тем не менее, восстановление существенным образом обусловлено и другими факторами. К примеру, рост трансфертов стимулировал потребление домашних хозяйств и поддержал такие сектора экономики, как розничная торговля, гостиничный и ресторанный бизнес, транспорт и коммуникации. На динамику потребления и инвестиций заметным образом повлиял также рост банковского кредитования. 

Могут ли меры Центробанка по дедолларизации совокупного кредитного портфеля банковской системы оказаться эффективными в части кредитования промышленности и торговли? Оба этих сектора зависят от валютных поступлений для финансирования торговых сделок и производственных расходов.

Пруденциальные меры Центробанка имеют верное направление – они увеличивают стоимость финансового посредничества банков в валюте. В то же время долларизация вкладов все еще остается высокой, поэтому возможностей для кредитования в нацвалюте в рамках допустимых регуляторных норм остается немного. Кроме того, стабильность валютного курса в последние два года, несвойственная плавающему курсу, привела банки и предприятия к недооценке валютных рисков и их не всегда полноценному учету. Последовательная политика плавающего валютного курса со стороны ЦБ увеличит волатильность курса, что и обратит внимание участников финансового рынка на относительно меньшую привлекательность валютных сделок. Нужно отметить, что колебания могут носить двусторонний характер, и политика плавающего курса, которую принял Центробанк, исключит вероятность непредсказуемых и резких валютных скачков, имевших место в прошлом.

В какой степени банковская система Армении подвержена непрямым кредитным рискам с нынешним удельным весом валютного кредитования?     

Непрямые кредитные риски в значительной мере сохраняются по причине кредитования в валюте. В то же время большая часть кредитов приходится на корпоративный сектор, который потенциально более устойчив к разного рода сотрясениям. В то же время это не должно отразиться на стабильности банковской системы: банки располагают запасом страховочного капитала для смягчения потерь, даже достаточно крупных.

За последние 10 месяцев (июнь 2010 - апрель 2011), соотношение рисковых активов к совокупному капиталу банковской системы снизилось на 8 процентных пунктов. Считаете ли Вы, что в реальности банки улучшили качество активов за счет более строгих критериев кредитования?

Основная причина была методологической: коэффициенты риска для валютных активов получили более высокий удельный вес, что и повлекло общее снижение коэффициента. Из снижения в 8 процентных пунктов на этот фактор пришлось 5, в сентябре – октябре 2010 года. Остальное обусловлено резким ростом кредитования за счет избыточных резервов, образовавшихся за счет строгой политики кредитования. В любом случае, как указано выше, нынешнее соотношение остается по международным стандартам очень высоким.  

Насколько реально, по-Вашему, ожидать возвращения инфляции в пределы целевого диапазона Центробанка, если снижения цен на продовольствие – и международных, и локальных – не предвидится?

Высокая инфляция в Армении уже приостановилась, а в последние 4 месяца была зарегистрирована умеренная дефляция. Причина состояла в том, что тенденция роста международных цен на продовольствие приостановилась, а внутренние цены также стабилизировались, благодаря относительно более высоким ожиданиям урожая. В годовом разрезе инфляция остается высокой из-за низкой базы сравнения – в первом квартале прошлого года мировые цены на продовольствие еще не поднялись. Хотя резкого скачка глобальных цен на продовольствие может и не произойти, а цены на местное продовольствие могут  сохранить тенденцию к устойчивости (что может резко снизить годовой показатель инфляции, когда она начнет рассчитываться с более высокой базы), инфляционные риски продолжают прогрессировать. Это может послужить сигналом к решительным шагам ЦБ, как это уже произошло некоторые время назад в случае с повышением ставки рефинансирования и мерами по управлению ликвидностью.

Располагает ли, по Вашему мнению, государство достаточным фискальным резервом для социальных программ, и окажутся ли они эффективными при растущих тенденциях инфляции?

В период кризиса правительство приложило значительные усилия для защиты бюджетных затрат на уязвимые слои. К сожалению, нельзя не признать, что фискальный резерв у правительства ограничен, так же как и возможности по новым соцпрограммам для уязвимых слоев (за рядом примечательных исключений, в частности, субсидированием тарифа на газ). В то же время мы считаем, что фискальный резерв в значительной степени может быть увеличен за счет собираемости налогов – путем как законодательных мер, так и администрирования.

Около месяца назад в Ереване прошел ряд презентаций накопительной пенсионной системы. Ожидаете ли Вы массового оттока капитала из Армении после перехода на новую систему в 2014 году?

С переходом на новую систему жители Армении станут откладывать больше пенсионных сбережений. С течением времени это позволит аккумулировать значительные активы. С целью диверсификации рисков, небольшая часть этих фондов будет помещена за рубежом. Однако в общем и целом реформа однозначно приведет к росту капитала, который, в свою очередь, может поддержать эффективное развитие Армении. В частности, реформа может открыть частному сектору доступ к длинным деньгам, которых сегодня на финансовом рынке нет и в которых ощущается острая необходимость.

Как Вы оцениваете проект нового Кодекса о недрах, предусматривающий изменения налогового режима? Считаете ли Вы, что государству необходимо усилить налогообложение горнорудного сектора?

В целом проект кодекса мы оцениваем положительно, он сможет улучшить условия хозяйствования в этом стратегически важном для Армении секторе и одновременно увеличить поступления в госбюджет. В то же время мы считаем, что даже дальнейшие поправки по налогу на прибыль имеют целью сузить бреши для уклонения от налогов, которые остаются сейчас. Вместе с тем, ряд усовершенствований необходим для управления экологическими выплатами.

Одно из Ваших предыдущих заявлений - о нежелательности налоговых льгот для инновационного сектора – встретило резкую критику местного ИТ-сообщества. Ожидаете ли Вы, что правительство так или иначе выберет форсированное развитие этой отрасли?

Налоговые льготы могут привести к существенным пробелам в государственных доходах. Международный опыт показывает, что при таких налоговых «заводях» потери могут превысить налоговые поступления от данного сектора. Эти потери окажутся совершенно не ко времени: Армении необходимо приложить серьезные усилия для сокращения и без того достаточно широкого бюджетного дефицита и этим избежать расшатывания макроэкономической стабильности – стратегически необходимой и ИТ-сектору, и стране в целом. Вдобавок к этой непростой задаче необходимо создание дополнительных фискальных резервов для поддержки уязвимых слоев и программ экономического развития – здесь правительству еще есть над чем работать. Наконец, открытие налоговых «окон» на целые сектора может привести к опасным прецедентам, которые могут поставить правительство в трудное положение в вопросе остальных секторов. 

Ожидаете ли Вы улучшения позиции Армении в рейтинге «Forbes» параллельно восстановлению сельского хозяйства, а с ним и показателя ВВП на душу населения?   

В рамках нынешнего макроэкономического режима, поддерживаемого МВФ, умеренные преобразования экономических условий как происходят, так и ожидаются в дальнейшем. Как следствие, еще в 2008 году Армения стала бы ни больше ни меньше 110-ой самой худшей экономикой (а не второй, как в 2011 г. – ред.). По нашим ожиданиям, ВВП страны восстановит прежние объемы, в условиях восстановления аграрного сектора и сохраняющейся тенденции роста производства и торговли. Но вместе с тем мы ожидаем улучшения и по остальным ключевым компонентам рейтинга – по дефициту текущего счета ожидается снижение, вызванное действиями правительства и плавающим валютным курсом. Ожидается также снижение инфляции, о чем уже говорилось выше.

Может ли рейтинг «Forbes» серьезно влиять на инвестиционные планы международного бизнеса в той или иной стране?

Рейтинг «Forbes» напоминает о том, какой нелегкий период пережила армянская экономика за последние годы, в условиях очень неожиданного сочетания внешних потрясений. Однако нужно видеть перспективу: рейтинг не задумывался как глубинное сопоставительное исследование бизнес-атмосферы, наподобие рейтинга Всемирного банка «Doing Business» или Индикатора глобальной конкурентоспособности Всемирного экономического фонда, где Армения занимает соответственно 48 и 98 места в списке лучших экономик мира. В то время как инвесторы, конечно, должны быть осведомлены о последних макроэкономических тенденциях – экономическом росте, инфляции, дефиците текущего счета – это не более чем отправная точка. Необходима также осведомленность о перспективах экономики, в особенности о посткризисном восстановлении. Отсюда должен следовать более глубокий анализ делового и институционального режима в стране. В этой отрасли Армения, даже еще нуждаясь в реформах, имеет гораздо лучшие позиции.

Насколько ситуация с внешним долгом США может повлиять на страны-бенефициарии американских международных программ?

В предстоящие годы Соединенным Штатам потребуются весьма серьезные меры по сужению бюджетного дефицита. Его причины в настоящее время серьезно обсуждаются, и пока еще рано делать выводы о том, повлияет ли ситуация на международную помощь США, а следовательно и на экономику стран-получателей.

Беседовал Арам Гарегинян