Администрация Белого дома изменила подход к военной кампании Израиля против движения «Хезболла» в Ливане и начала рассматривать альтернативные сценарии урегулирования, пишет Associated Press.

В частности, президент США Дональд Трамп, как утверждается, предложил вариант, при котором противостояние с движением могла бы взять на себя Сирия.

По сообщениям источников агенства, Трамп допустил, что новые сирийские власти во главе с Ахмадом аш-Шараа, пришедшие к власти после свержения Башара Асада, могли бы эффективнее, чем Израиль, действовать против «Хезболлы».

При этом сирийский лидер заявил, что его страна не заинтересована в военном вмешательстве в Ливан, а слова президента США, по его мнению, были неверно интерпретированы.

Обсуждение этой инициативы вызвало обеспокоенность в Ливане и Израиле. Израильские власти относятся с подозрением к новому сирийскому руководству и уже сохраняют контроль над частью территории на юге Сирии. Дополнительную напряжённость усиливает участие Турции, которая поддерживает Дамаск, что приводит к соперничеству за влияние в регионе.

Согласно источникам, израильское руководство по вопросам безопасности провело отдельное совещание, посвящённое возможным последствиям изменения баланса сил между Сирией, Ливаном и Израилем. При этом в Израиле подчёркивают, что основной угрозой остаётся «Хезболла».

В ходе международных контактов Трамп, по сообщениям, выражал недовольство затяжным характером конфликта и большими потерями среди гражданского населения. Он критиковал масштабные удары по жилым районам Ливана, отмечая необходимость более точечных действий против боевиков.

Сирийские власти, в свою очередь, заявляют о намерении сосредоточиться на внутреннем восстановлении страны и избегать прямого вовлечения в региональные войны. В Дамаске подчёркивают, что выступают за политическое урегулирование и стабилизацию обстановки в Ливане, включая возможные переговорные форматы с участием различных сторон.

Эксперты в области ближневосточной политики выражают сомнения в реализуемости подобных предложений, указывая на внутреннюю нестабильность в Сирии, фрагментированность вооружённых сил и сложность регионального баланса. Отмечается также риск эскалации на фоне исторически напряжённых отношений между Сирией и Ливаном, а также участия многочисленных внешних игроков в конфликте.