Запланированный на 5 февраля концерт известного итальянского пианиста Антонио Гонсалеса был отменен из-за того, что он был не готов. Об этом в беседе с корреспондентом Новости Армении – NEWS.am заявил главный дирижер Национального академического театра оперы и балеты им. Спендиарова Карен Дургарян, комментируя скандальную историю, вызвавшую большой резонанс в прессе.

«Они имеют право выражать свое мнение, я тоже имею право выражать мнение. Проявив уважение к зрителю, к нам самим и приняв во внимание то, что пианист в тот момент был не готов, и материал был не готов, мы провели маленькое собрание, на котором пианист сказал, что не желает выступать. В результате концерт был отменен. Вот и все. Его единственная просьба заключалась в том, чтобы за пределами Армении не узнали об этом инциденте. О чем теперь говорят пригласившие его люди, это их проблема – театр не несет ответственности», – сказал Карен Дургарян.

Напомним, что в Национальном академическом театре оперы и балеты 5 февраля должен был пройти концерт известного итальянского пианиста Антонио Гонсалеса, который, однако, был отменен за два часа до начала. Накануне на пресс-конференции постановщик  Национального академического  театра оперы и балета Армении им. Спендиарова Марина Саркисян заявила, что итальянского пианиста Антонио Гонсалеса попросту довели до нервного срыва. По ее словам, всю ответственность за случившееся несет главный дирижер Оперного театра Карен Дургарян. На репетициях он вел себя с пианистом крайне высокомерно, перетянув все на себя. «Есть неписаный закон: когда приезжает гастролер, особенно известный, инициатива  за ним – какие темпы брать, какие штрихи, какую акцентовку. Дургарян сделал все наоборот. Гонсалес на это ничего не сказал. Дургарян потребовал пройти весь Второй рахманиновский концерт – целиком! Пианист и тут охотно согласился. И тут, на генеральной репетиции Дургарян начинает брать сумасшедшие темпы… Причем повернувшись к солисту спиной, просто вертит палочкой в его сторону. Гонсалес несколько раз ему повторил: в таком темпе партию фортепиано играть невозможно. Тому хоть бы что. И в конце репетиции Гонсалес выходит из зала, весь белый, с посиневшими губами. Практически в предынфарктном состоянии. На концерте так сыграть он просто не мог бы. И что же? Когда Гонсалес, весь на нервах, сказал, что не сможет, Дургарян ответил: «Ай артист, ю артист, ол райт, всякое бывает». Верх беспардонности и наглости», - сказала Саркисян.