Новое психологическое исследование показывает, что горе из-за смерти питомца может быть настолько же сильным и продолжительным, как горе по умершему родственнику или близкому человеку, пишет The Guardian.
Учёные, которые опросили почти тысячу взрослых людей в Великобритании, пришли к выводу: эмоциональная связь с домашним животным часто так глубока, что потеря питомца вызывает реакцию, сравнимую по силе с переживанием утраты человека.
Это подтверждает, насколько питомцы воспринимаются людьми не просто как животные, а как члены семьи.
В исследовании участвовали 975 взрослых, большинство из которых уже переживали как смерть животного, так и смерть близкого человека. Удивительно, но около пятой части опрошенных те, кто столкнулся с обеими потерями, признали, что им было тяжелее пережить утрату питомца, чем утрату друга, родственника или другого значимого человека. Это показывает, насколько сильные эмоциональные связи могут формироваться между людьми и их питомцами.
Учёные также зафиксировали, что у части людей после смерти питомца развивались симптомы, соответствующие продолжительной форме горя — психологическому состоянию, при котором переживание утраты длится длительное время и серьёзно влияет на повседневную жизнь.
Этот диагноз сейчас официально используется только после смерти человека, но исследователи считают, что раз реакции на потерю питомца могут быть такими же серьёзными, то такие случаи тоже стоит рассматривать в рамках клинической практики.
Один из авторов исследования, профессор психологии Филип Хайланд, подчеркнул, что социальные установки часто умаляют или стигматизируют печаль по питомцу, заставляя людей чувствовать стыд или изоляцию из-за своих переживаний. Это явление называют «непризнанным горем», когда людям трудно получить поддержку, потому что их чувства рассматриваются как «менее серьёзные».
Учёный настаивает, что такие переживания заслуживают большего внимания в клинической практике и в обществе в целом, чтобы люди могли получать адекватную помощь и понимать, что их горе — это нормальная человеческая реакция на утрату.
























