В интервью Новости Армении – NEWS.am владелец ЗАО «Сапфир» (г. Нор Ачн) Борис Петросян рассказал о новых программах производства и развития завода, основанного еще в 1959 году. Но такая перспектива, добавил он, радует не всех – у кого-то планы прямо противоположные…

Что сейчас производите и что планируете?

Сейчас производим подложки для светодиодов для многих лабораторий разного назначения. Пропагандируем применение сапфира в механике. Швейцарские часовые заводы уже этим заинтересовались. Еще одно направление - производство фармацевтических дозаторов. Мы делали такие для компании «Ферейн» Владимира Брынцалова. Они нам сказали – старые мы меняли раз в 4-5 месяцев, а ваши служат нам пять лет как новые.

Есть у нас и проект по созданию солнечных батарей со структурой «кремний на сапфире», предлагающей качественно иной уровень КПД в использовании солнечной энергии. А если дальше говорить об энергии, то сегодня весь мир переходит на лампы нового поколения.

Энергосберегающие?

У меня завод на Тайване по выпуску таких ламп. Они потребляют в 10 раз меньше электричества, чем обычные, а освещение дают такое же.

В области продовольственной безопасности у меня проработано устройство, технологии которого я пока предпочту не раскрывать. Построив 186 таких устройств, можно полностью обеспечить республику бесплатным зерном. Если весь мир с одного гектара в среднем получает по 5 тонн зерна, я могу получить 384 тонны. Без генной инженерии, без химикатов. Большую часть работы проделывает именно сапфир. Лабораторные испытания технологии уже проводились. Для чего мне это нужно?

Для чего?

Армения для меня – одна большая семья. Если бы каждый человек думал о том, что и сосед, которого ты не любишь, и твой конкурент, и кто-то еще – все вместе они составляют один народ, мы бы жили совсем по-другому. Если думать не карманом, и не животом, а душой и умом. Почему я говорю именно о продовольственной безопасности?

Народ, который находится в нищенском состоянии – это результат того, как можно огромную производственную мощь, созданную Советским Союзом и Советской Арменией, развалить. Мы всегда шли впереди созидательной силы – при Кочиняне, Демирчяне. Люди понимали цену науки, заводов. Поэтому при распаде СССР Демирчян не собрал все свои деньги и не уехал за границу. Он построил и «Марс», и аштаракский «Транзистор», и «Орбиту». Кто бы что ни говорил, этот человек имел национальное мышление. А сегодня страной руководит банковская доктрина. Подходишь к любому банкиру – говоришь о созидании, он не понимает. У него в глазах – только деньги.

Мне просто стыдно, когда премьер-министр говорит о том, что «инновационный бизнес у нас не получается». Никто не стучал в мои двери, не спрашивал: «Чем можно вам помочь?». Один из немногих заводов, оставшихся в нормальном состоянии, хотя чего только я не перетерпел!..

А когда Вы приобрели завод?

В 2005 году. Через год ко мне подходит один из прокуроров. В 1989 году, дескать, один из тогдашних директоров сделал орфографическую ошибку в документах. Сотрудников отправили в отпуск, набрались задолженности по зарплате. На этом у него выросло дело, по которому он выписал мне штраф в 500 тысяч долларов. Вот он и говорит: «наши специалисты» – а у него сын торгует металлоломом – «посчитали, что на заводе у вас четыре тысячи тонны металлолома. Вот если его продать, то получится у вас много денег». И предложил «по-дружески» поделиться – 250 тысяч долларов, и дело закрыто.

А если документы у завода были не в порядке, то почему Вам об этом не сказали?

Так я и говорю – сказали бы мне в 2005 году, что кто-то поставил запятую не туда, и за это мне нужно платить государству 500 тысяч долларов. Тогда бы я, может, и не купил этот завод.

А в каком состоянии он находился?

Оставалось один - два станка. Я привез оборудование с закрытых предприятий из-за рубежа.

На таможне с этим возникли какие-то сложности?

Произошло следующее. В 2006 году я привез установку по спеканию кристаллического порошка. Моей целью было производить сырье самому, а не закупать за рубежом. Для быстроты я оформил импорт на брата. Назначили 30 тысяч долларов – 11 млн. драмов – штрафа.

За то, что оформили на другого человека?

Я даже и не углублялся. Я знаю одно – я привозил производственную технологию. А мне – 11 млн. драмов штрафа. Пришлось решить вопрос, чтобы избежать сложностей.

Проходит год. Тот же следователь, который открывал дело, заявил: «На самом деле мы на тебя такого дела не открывали. Левым порядком составили. Сейчас я уже не работаю следователем. Я работаю адвокатом. За определенное вознаграждение я берусь тебе вернуть потерянные деньги». Я говорю: «Пожалуйста». Мы подаем в суд, выигрываем две инстанции.

Это очень не понравилось налоговым службам, и они устроили сами себе проверку ретроспективой. Хотя я и аудит проходил, и годовые отчеты сдавал. В этом году заплатил более 100 млн. драмов налогов. Проверяют, ничего не находят и меняют обвинение следующим образом. Я вложил в завод более 5 млн. долларов, из которых 3 млн. – мои обязательства перед инвесторами. Так вот - документы по трансфертам от них составлены в 2009 – 2010 гг., а нужно было на 2005 – 06 гг. Это первое. Затем, «Сапфир» два года не давал отдачи. Трансферт считается безнадежным и должен оформляться как прибыль. И облагаться, значит, налогом на прибыль. 20% нужно отдать государству. И написали на меня штраф в 300 млн. драмов или около миллиона долларов. 

А зарубежный инвестор как-то на это отреагировал?

Так я и есть этот зарубежный инвестор. Из своей компании за рубежом перечислил деньги сюда, в «Сапфир». Спрашивается, зачем вы меня штрафуете? Человек из одного кармана переложил деньги в другой, а вы руку к нему в карман? 

Товарищи в погонах из следственного отдела в Абовяне начали подходить ко мне с намеками, называли конкретную сумму: 15 тысяч долларов. Я им «ответил». Тогда они написали мне акт на 307 млн. драмов.

Даже в банке не пошли мне навстречу. Открыли мне счет и в тот же день закрыли – из-за дела в налоговой. Я пишу письмо начальнику Комитета госдоходов Гагику Хачатряну: откройте мне счет, чтобы  мы могли работать, экспортировать. Мы на 100% экспортная компания. И теперь я не могу экспортировать – хотя бы для того, чтобы погасить свой долг. Тогда я предложил отдать в залог предприятие, лишь бы мне открыли счета. Оно стоит гораздо больше, я вложил в него 7 миллионов долларов. Нужен залог – берите, лишь бы двести человек работали. 

Эти двести – люди с высшим образованием, инженеры?

В основном да. А это никого не интересует. Ну нет никакой поддержки, понимаете? Единственный мой спасательный круг – занятие наукой. А кругом говорятся слова, которые не выполняются. «Развитие технологий – приоритет»… У меня семь технологий, готовых к внедрению. Но руки связаны. Не дают сделать ни то, ни другое, ни третье, ни десятое.

А сейчас как находите возможность работать?

Не буду говорить как, но ищу людей и возможности. Лишь бы содержать своих специалистов, чтобы те не уезжали. Ну о какой государственности можно говорить, если высокотехнологичный завод стоит, и никто не думает – не говорю чтоб помочь, а хотя бы чтоб не мешать!

Из-за арестованных счетов не дают пользоваться электроэнергией. Я собрал на своем заводе генерационную установку, сказал: если не даете пользоваться электричеством, разрешите хотя бы самому для себя использовать свою установку. А мне отвечают: вся электроэнергия должна поступать в электрические сети. Попросил энергию в кредит, чтобы как-то поддерживать производство. А мне отвечают: «А мы на тебя и не посмотрим. Мы такой завод, как «Наирит», отключили, а тебя и вовсе в два счета отключим». Эти люди так понимают свое назначение. Выключать, выворачивать, выкручивать. Чтобы нажал на кнопку – и исчез человек.

Хорошо хоть завод пока не исчез… 

10 станков с этого завода еще в 2001 году увезли в Америку по бросовой цене. Теперь на них выращивает сапфировые кристаллы американская «Rubicon Technologies». Сегодня они имеют годовой оборот более чем в 2,5 миллиарда долларов. Уехали и наши специалисты. Если бы создать условия для того, чтобы эти специалисты приехали в Армению, то только мой завод за год обеспечит тот бюджетный дефицит, который сейчас есть у правительства. 

У меня есть проекты – один маленький проект, который принесет за год 250 миллионов. Подробности технологии я пока называть не хочу. Но это не пустые слова. В свое время компания «Мшак», которой также руководил я, создала технологию низкотемпературного керамического цикла (LTCC), которую у нас приобрела американская «National Semiconductors» и получила на ней огромные доходы. Про эту технологию я и сказал членам правительства. В феврале 2009 года, когда кризис только начался, нас собрали в посольстве Армении в Москве. И два с половиной - три часа нас убеждали в том, что нужно открывать наукоемкие производства. Кризис тогда еще только начался. Тогда я попросил слова, встал и сказал: «Спасибо. То, о чем вы говорите, я делаю уже пятнадцать лет. Сейчас объект, который приносил мне 500 тысяч долларов в месяц, из которого я и финансировал все разработки в Армении, хотят у меня забрать. Появились проблемы с женой Лужкова - Батуриной. Помогите мне и я, как частный инвестор, готов вкладывать в развитие науки в Армении». А мне отвечают: «Что, хочешь, чтобы мы стали твоей крышей?». Как обухом по голове. Я им отвечаю: «Моя крыша – это, во-первых, мои дети, во-вторых – мой народ. Если и вы – часть этого народа, значит, и вы моя крыша». Ничего на это не ответили.

Что собираетесь делать сейчас?

Сейчас я думаю о солнечных батареях новой технологии. Моя мечта – оборудовать по одной такой на крыше каждого дома у нас в стране. Чтобы люди свободно могли пользоваться энергией солнца, которой у нас в избытке. Хорошо хоть солнце никому не под силу приватизировать. 

Беседовал Арам Гарегинян