Хотя США и Турция, похоже, преодолели  свои разногласия, их интересы в Сирии фактически не совпадают, пишет  Foreign Policy.

Никто до конца не понимает,  почему Трамп 19 декабря решил объявить, что миссия США в Сирии выполнена. Вероятно, это некая комбинация президентских прихотей и ранее высказанных опасений президента по поводу открытого военного развертывания за рубежом. Несмотря на это, выход США из Сирии фактически положит конец отношениям с сирийскими демократическими силами, основным компонентом которых являются отряды народной самообороны  (YPG).

В длинном списке проблем, которые разделили Соединенные Штаты и Турцию, самой большой из них  были американские военные отношения с YPG. Для  американских военных  YPG является надежной наземной силой против «Исламского государства». Турки видят ситуацию иначе, утверждая, что YPG  - это на самом деле является  Курдаская рабочая партия  под другим названием.

Странным образом действия президента США в отношении Сирии и Турции связаны с его политикой в отношении Ирана. В администрации Трампа есть люди, которые считают, что  отказавшись от YPG и согласившись продать Турции ракеты Patriot,  Вашингтон вернет Анкару на свою орбиту. Этот новый американо-турецкий союз,  в свою очередь, сделает Эрдогана  партнером для сдерживания Ирана.  Но турки фактически никогда не были партнером в усилиях против Ирана.  Они помогли Ирану избежать санкций во время значительной части президентства Барака Обамы, и даже сейчас Анкара требует постоянного освобождения санкций для  покупки иранской сырой нефти.

Это  связано с тем, что турецкие чиновники не считают Иран угрозой. Для них Иран  является экономической возможностью и предоставляет дипломатические рычаги воздействия на Соединенные Штаты. Часто в эпоху Обамы, когда между Вашингтоном и Анкарой существовала напряженность, в Тегеране появлялись Эрдоган или другие высокопоставленные официальные лица Турции, восхваляющие иранское руководство и даже его ядерную деятельность. Все это было попыткой заставить Соединенные Штаты отказаться от любой проблемы, которая вызывала недовольство  Вашингтона. Турция продолжает эту политику. Поэтому, что заставляет предполагать, что вывод американских войск побудит турок сотрудничать против Ирана остается загадкой.

Трамп не приводил запутанных аргументов  по Ирану, предпочитая сосредоточиться на поражении «Исламского государства». По данным Белого дома, по крайней мере на начальном этапе силы Абу Бакра аль-Багдади были побеждены, поэтому не было никаких причин оставаться в Сирии (вполне законный аргумент). Позже президент внес поправки в это утверждение, заявив, что Турция завершит работу, начатую США и YPG, м затем убедится, что «Исламское государство» не вернется.

В целом, неплохо работать с Турцией против «Исламского государства». Страна занимает второе место по численности вооруженных сил в НАТО со всеми видами высокотехнологичного оружия. Тем не менее, турецкое правительство не особенно ревностно пыталось присоединиться  к борьбе. Когда администрация Обамы искала союзников против «Исламского государств»а летом 2014 года, турки заявили, что лучшим способом решения проблемы является смена режима в Дамаске. Анкара заявила, что у нее есть другие приоритеты, в частности борьба «с курдским национализмом». Год спустя она согласился действовать против ИГ, но фактически никогда не вступала в борьбу. Это правда, что турецкая полиция ликивидировала предполагаемые ячейки экстремистов, в том числе боевиков ИГ,  но на поле боя действовали  YPG и их американские советники.

И теперь мы должны поверить, что Эрдоган стремится бороться  ИГ до конца? Это почти наверняка то, что  Трамп услышать, или ложь  одного президентов -  США или Турции. Главной заботой Турции всегда было и будет разрушение сирийской курдской автономной зоны, в которой доминируют YPG и партия Демократического Союза. Для Эрдогана уход США из Сирии устраняет основное препятствие для уничтожения YPG. Нет никаких оснований полагать, что турки обратят свое внимание на  ИГ, когда они будут настолько сосредоточены на курдской угрозею

Возможно, как только они избавятся от YPG, которая, учитывая длительную борьбу с КРП, может оказаться не такой просто, как полагали турецкие чиновники, турецкие военные переключат свое внимание на ИГ. Это было бы позитивным событием, но профессионалы в Пентагоне уже давно в этом сомневаются. Они считают, что сирийские доверенные лица Турции, которые могут быть использованы для уничтожения ИГ, плохо обучены и ненадежны.

Разворот в отношениях между США и Турцией был ошеломляющим по своей скорости и тональности. Аналитики, бюрократы и дипломаты в Вашингтоне, которые утверждают, что Соединенные Штаты должны сохранить стратегическое партнерство с Турцией, могут успокоиться. Но даже в этом сближении различия между двумя странами очевидны. Трамп хочет вернуть свои войска домой, потому что он считает, что для Соединенных Штатов лучше не оставаться  на чужбине без четких целей. Справедливо. Эрдоган хочет, чтобы американские войска отправились домой для того, чтобы он мог решить там турецкие интересы. В результате будет пролита кровь большего количества сирийцев, курдов и турок. Есть несколько веских аргументов для выхода из Сирии, но передача Турции всего, чего она хочет от Соединенных Штатов, в этом процессе невыгодна никому.