Учёные обнаружили в Италии самое древнее известное доказательство инцеста между отцом и дочерью в археологическом материале, что открывает новую страницу в понимании социальных практик древних обществ, пишет Live Science.

Это открытие было сделано в пещере Grotta della Monaca в регионе Калабрия на юге Италии, где располагалось захоронение эпохи бронзы между примерно 1780 и 1380 годами до нашей эры. Археологи проанализировали ДНК останков 23 человек, найденных на этом месте, чтобы реконструировать генетическое происхождение группы, но результаты оказались неожиданными.

В ходе генетического анализа исследователи выявили необычайно длинные участки гомозиготности в геноме одного мальчика — это характерный признак, указывающий на «близкое родственное скрещивание» между родителями.

Дополнительные генетические тесты подтвердили, что этот подросток был биологическим сыном мужчины и его дочери, что означает прямой случай инцеста первой степени родства — отца с дочерью. Подобные случаи редки в археологической летописи и считаются исключительным явлением.

Исследователи отмечают, что, несмотря на табу и биологические риски, подобные союзы не полностью отсутствовали в прошлом: генетические данные от неандертальцев и древних элитных семей подтверждают примеры родственных браков, но случаи родитель-ребёнок встречаются крайне редко.

Интересно, что у обнаруженного подростка не было признаков серьёзных генетических нарушений, хотя такие союзы обычно повышают риск наследственных патологий.

Причины такого необычного союза остаются неизвестными. Сообщество, к которому принадлежали эти люди, не выглядело изолированным или иерархически организованным, как королевские роды, где кровные браки могли использоваться для укрепления власти или богатства. Похоронный контекст указывает на то, что этот союз мог быть одобрен в рамках местных культурных норм, но исследователи подчёркивают, что неясно, был ли он добровенным или результатом принуждения.

Учёные считают, что это открытие предоставляет редкую возможность заглянуть в генетические и социальные структуры бронзового века и заставляет пересмотреть предположения о культурных нормах древних обществ, где семейные и генетические практики могли быть гораздо более разнообразными, чем считалось ранее.